Культура отёла | Мозгократия

Культура отёла

Денис Терентьев
Апрель20/ 2018

Под Калугой фермер Андрей Давыдов уже 20 лет опровергает российские провинциальные стереотипы. Оказывается, заниматься мясным животноводством в Нечерноземье выгоднее, чем торговлей. 

 

Скот герефордской породы, из которого получается лучшая мраморная говядина, прекрасно чувствует себя в России. А проверяющие структуры, хоть и доставляют много хлопот, вовсе не ставят себе целью разорить крепкого хозяина. Наоборот, его опыт власти стараются перенимать и возят к нему из Калуги иностранных гостей: вот, мол, на что способен русский мужик. При годовом доходе хозяйства в 7 миллионов рублей Давыдов ещё и дерзко заявляет, что запрет на ввоз буржуйского мяса ему только в помощь. И в эпоху исчезающих деревень фермер вернул на карту брошенную в 1950-е годы Барановку. 

Интервью с Давыдовым в интерьере фермерского дома не случилось. Разговаривать пришлось на ходу, потому что работы за гланды: сначала на квадроциклах перегоняли скот на водопой, потом развозили на тракторе корма. Шутка ли сказать: у человека 400 голов скота и 800 гектаров земли в собственности. А справляются со всем этим хозяйством Давыдов с женой да дочка с зятем. 

Вообще-то название их компании «ДИК» расшифровывается как «Давыдов и команда». В иные годы «команда» насчитывала десяток работников, с которой фермер надеялся свернуть горы. Но водка и зависть вносят раздрай не в первый коллектив. 

— Я плачу ребятам неплохие деньги, намного больше, чем в иных агрохолдингах, — говорит Давыдов. — Я даже понимаю, когда пьющему человеку надо несколько дней побухать. Понятно, что не найти в деревнях тракториста-трезвенника, а обучать кого-то с нуля нет времени. Но ты хоть заранее предупреди! А то в разгар страды исчез молча. И телевизор наш прихватил. Или классовая обида начинает человека душить: мол, работаем на равных, а доход у нас разный. Значит, не буду дольше работать. Поэтому я решил принять новый вызов: попробуем с зятем и женщинами хозяйство потянуть. У второй дочки трое детей подрастают — вся надежда на них. 

Внуки Давыдова живут в Калуге, потому что из Барановки их ни в детсад, ни в школу не отдать. И школьный автобус сюда не ходит, хотя от трассы всего три километра, а от Калуги — 30. Однако фермер говорит, что именно внукам купил три добротных импортных трактора. И скорее всего неспроста. 

В советской армии Андрей Давыдов дослужился до капитана. Особо не скрывает, что в 1992 году помог знакомым с перевозкой вагона болгарского коньяка и заработал свою зарплату за пять лет. У офицера открылись глаза: вышел в отставку, начал торговать всем подряд — от книг до спичек. Когда сколотил первый капитал, купил Барановку — совхозное урочище, из которого почти полвека назад переселили людей, где ни проехать, ни пройти. Пробовал заниматься зерном и картофелем, но горел по деньгам синим пламенем и даже подумывал эмигрировать. 

Но тут подвернулись программы обмена для фермеров: вначале российско-канадского делового совета, а потом комиссии Гора-Черномырдина. Давыдов ездил в Северную Америку, месяцами жил и работал на фермах, присматривался. Прежде всего ошалел от организации, например, картофелеводства: механизированы мойка, поливка, сортировка, температурный режим. Красиво, но страшно дорого. А вот скотоводство для средней полосы России — в самый раз. Нужно лишь заложить приличные пастбища, наладить порционное стравливание, купить электропастух и скот. 

По возвращении Давыдов начал переводить зерновые поля в пастбища с сенокосом, завёз первое стадо из 11 герефордов. У скота этой породы толще шерсть, подшёрсток, жировая прослойка — его и зимой можно держать на свободном выпасе. По мнению Давыдова, говядина от российского молочного скота — вовсе не говядина. 

После Северной Америки Давыдов стажировался в сельских хозяйствах Франции, Испании, Нидерландов. Из своего знания особого секрета не делает: даёт окрестным фермерам консультации за 5 тысяч рублей — в год зарабатывает на этом тысяч сто. По интернету обменивается опытом и с зарубежными коллегами — тем, оказывается, тоже есть чему поучиться у русского. 

— В некоторых совхозах до половины новорождённых телят гибнет, потому что за ними нет пригляда, — делится Давыдов. — Мы контролируем происходящее в нашем «родильном отделении» через камеры в интернете. Корова отелилась, мы помогли — и никаких потерь. Или такой аспект: закупать герефордов за границей дорого. Но если покрывать быком-герефордом местных телок швицкой и симментальской пород, то уже во втором поколении генов герефорда будет три четверти. И с годами они полностью «побеждают». 

Фермер бегло и не всегда понятно объясняет, почему для травостоя полезно выпускать животных на пастбище уже к середине апреля. Зачем нужен свободный доступ к соляным кормушкам, и как правильно перевести скот с сухого корма на влажную траву. Почему цельное молоко от первотёлки — лучший корм для телят… Не менее важен грамотный менеджмент: распределить между крупными и малыми покупателями те 50 тонн мраморной говядины, которые ежегодно даёт давыдовское хозяйство. И опять же стремление к замнутому циклу: если услуги бойни дороги, надо завести свою бойню. И самому научиться на ней работать. 

Свободно владеющий английским фермер, у которого водонапорная башня выкрашена в цвета российского триколора, не особо любим соседями. Они считают, что он наживается на их труде. Хотя нажиться технически сложно, когда работник уходит в запой после первой получки. Или вот за малиной они с детства ходили, а теперь эти земли — давыдовская частная собственность. С несправедливостью борются — то шлагбаум ему сломают, то почтовый ящик… А ещё соседи не понимают, зачем фермер пашет с утра до вечера, хотя давно заработал на спокойную старость. И с одной коровой справляются хуже, чем Давыдов — с четырьмя сотнями. 

Почему у Давыдова получилось процветающее хозяйство, а у многих других фермеров — нет? Дело не только в том, что он постоянно учится, в 6 часов утра уже выгоняет своих герефордов и крутится так до полуночи. А на вопрос, когда же он успевает почитать книги, посмотреть телевизор, отвечает: «Для меня время чтения книг давно прошло». Просто он одержимый человек, для которого существует только дело. И только таким может быть хозяин на российской земле. Он не особо милый колючий труженик, но другим Россия не по плечу. 

Говорят, главный враг российского крестьянина — ревизоры. Мол, стоит кому-то где-то распахать землю, как слетится десяток тёток с папками и замордуют циркулярами: трава недостаточно зелёная, небо недостаточно голубое. Им же выгодно хозяина по миру пустить, чтобы время на него не тратить, а спокойно сидеть в офисе и  гонять только по интернету. 

Но это смотря, какой хозяин. Давыдов уже столько пота оставил на своих полях, что его без мыла не возьмёшь. И самый вредный ревизор понимает, что парень, который купил внукам-дошкольникам трактора и завёл собственную бойню, никогда не сдастся и, если его довести, въедет на своём тракторе в Кремль. И никакая ФСО его не остановит, а у ревизора потом будут проблемы. 

Да и стоит ли так уж демонизировать чиновника? Как бы ни мозолил ему глаза Давыдов, он понимает: фермер — зверь полезный. И не нужно кусать руку, которая тебя кормит стейками. Калужский губернатор Анатолий Артамонов говорит, что помогать надо только тем, у кого спина мокрая. А непросыхающий от пота фермер Давыдов считает, что лучшая помощь — просто не мешать. 

Поделитесь ссылкой с друзьями:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

3 × 2 =