Алексей Косыгин. Чужой среди своих | Мозгократия
 

Алексей Косыгин. Чужой среди своих

Сергей Ачильдиев
Декабрь18/ 2018

38 лет назад умер Алексей Косыгин. Он был одним из самых умных, талантливых и деятельных руководителей в высших эшелонах советской власти. 

 

В 33 года — директор предприятия, в 34 — председатель Ленгорисполкома, в 35 — нарком, в 36 — заместитель главы правительства. Молниеносный взлёт Косыгина легко объяснить временем: одних — сажали, других — возносили. Однако на большие посты возносили не всякого, и уж, конечно, не из текстильно-лёгкой промышленности, которая при советской власти всегда была не в чести. 

Этот человек стал для Сталина отличной находкой: на редкость способный управленец, прекрасный исполнитель и, главное, умеет молчать перед лицом высшего начальства. Но имелись и серьёзные недостатки — Косыгин не страдал карьеристскими амбициями, был чужд кремлёвским интригам и не терпел лизоблюдства. Недаром ещё в те годы жена говорила ему: 

— Нет, Алёша, это не твой мир… 

До сих пор непонятно, каким образом Косыгин уцелел в 1930 годах, а тем более в конце 1940-х, когда по всей стране в рамках так называемого «ленинградского дела» арестовали сотни руководителей всех рангов. Вместе с председателем Госплана Николаем Вознесенским они были самыми молодыми в Политбюро, с секретарём ЦК Алексеем Кузнецовым дружили семьями, да и со многими другими основными фигурантами по делу Косыгин в разные годы работал в тесном взаимодействии. Более того, инициаторы питерского погрома Лаврентий Берия и Георгий Маленков имели самый реальный повод ненавидеть Косыгина. Незадолго до того именно ему поручил Сталин разобраться, почему члены Политбюро потребляют такое несметное количество продуктов, и именно после этого разбирательства были введены жёсткие лимиты. 

В те страшные дни в абакумовских застенках активно выбивались показания на Косыгина, и он каждое утро, уезжая на службу, говорил домашним:  «Прощайте», — вновь и вновь напоминая, как себя вести, если его возьмут. Рабочий день начинался с чтения новых допросных протоколов, которые рассылали всем членам Политбюро. Причём в его экземпляре фамилия «Косыгин» была всюду заботливо подчёркнута красным карандашом. Познакомившись с очередными своими «преступлениями», он тут же принимался за объяснительную на имя верховного вождя: «Показания такого-то являются клеветой. В то время я находился в другом городе…» 

Так проходили месяц за месяцем. А потом на каком-то совещании Сталин вдруг подошёл, тяжело положил руку ему на плечо: 

— Ну что, Косыга, ещё поработаем? 

Конечно, Косыгин был плотью от плоти системы, которой верой и правдой служил всю жизнь. Но он был выше, масштабней её и уже в шестидесятые годы, одним из первых, осознал: без коренной перестройки режим, а с ним и вся страна рухнут. 

Поначалу предложенная им экономическая реформа была принята чуть не на «ура», и СССР готовился пойти по тому пути, который позже назовут китайским. Но Косыгин не имел тех полномочий, что Дэн Сяопин. А потому, едва кремлёвские правители во главе с Леонидом Брежневым догадались, что, предоставив самостоятельность предприятиям, они тем самым лишат себя всевластия, реформу тут же начали сворачивать. 

Впал в немилость и Косыгин. Его оттирали от важнейших дел, обязывали принимать нереальные планы, навязали в потенциальные преемники бездарного Николая Тихонова… Осада велась настолько унизительно и беспардонно, что даже стальной Косыгин однажды не удержался. 

— А знаешь, — как-то раз в сердцах сказал он одному из своих заместителей, — ведь эти «украинцы» меня скоро сожрут! 

Народ об этом догадывался. Когда по ящику показывали кремлёвский ареопаг, Косыгин почти всегда стоял как-то особняком, и лицо у него всегда было строгое, насупленное, ни тени улыбки. Словно глава правительства всем и каждому хотел сказать: «Стараюсь, делаю, что могу, но радоваться нечему». 

Он возглавлял правительство Советского Союза на протяжении 16 лет. Фактически являлся вторым человеком в стране. Но на самом деле это было не так, потому что он мало того, что не входил в политбюровскую брежневскую группировку, но и явно для всех никогда не стремился в неё войти.  

За председателем Совета Министров СССР велось круглосуточное наблюдение сразу по линии двух управлений КГБ — 7-го (наружное наблюдение) и 16-го (прослушка, в том числе даже переговоров по правительственной ВЧ-линии). Знал ли об этом сам Косыгин? Должен был знать. В его окружении были преданные ему люди, в том числе из госбезопасности, да и собственный огромный опыт нельзя сбрасывать со счетов. 

…Алексей Николаевич умер 18 декабря 1980-го, в день рождения Брежнева, и, чтобы не омрачать праздничные торжества, о смерти человека, который полтора десятка лет изо всех сил старался поддержать разваливающуюся экономику страны, эту страну известили только через трое суток. 

Расскажите друзьям:
  • Юрий Смольянов Reply
    1 месяц ago

    Позволю не согласиться с утверждением автора о том, что при советской власти «на большие посты возносили не всякого, и уж, конечно, не из текстильно-легкой промышленности». Косыгин, как известно, закончил именно Текстильный институт, успешно трудился мастером текстильной фабрики, а в 1939 году стал наркомом текстильной промышленности СССР. Вот такая, мягко говоря, нестыковочка…

  • Юрий Смольянов Reply
    1 месяц ago

    Возможно, ошибаюсь, но в принципе статья не несет каких-либо новых посылов из биографии Косыгина. Кстати, можно было бы помимо восхвалительных эпитетов добавить и тот факт, что Косыгин занимал крайне жесткую позицию в отношении писателя Александра Солженицына, одного из главных символов десталинизации. На одном из заседаний Политбюро Косыгин предложил:нужно провести суд над Солженицыным, а отбывать наказание его можно сослать в Верхоянск, туда никто не поедет из зарубежных корреспондентов. В конце концов, приняли предложение ограничиться высылкой Солженицына из СССР, что не красит всех, кто входил тогда в окружение Брежнева…

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

1 × пять =