Куда подевались «новые русские»? | Мозгократия
 

Куда подевались «новые русские»?

На протяжении двух десятков лет про них сочиняли анекдоты, писали романы-триллеры и снимали сериалы. Над ними смеялись, их презирали и боялись. А потом они исчезли… 

 Не спи, не спи охрана! 

В середине 1990-х мне довелось в Москве брать интервью у главы одной из тогдашних финансовых пирамид. Передо мной сидел 26-летний симпатичный паренёк с едва начатым высшим образованием, невысокого росточка, с провинциальной чёлочкой и круглыми весёлыми глазами, за которыми скрывалась природная счётная машинка. 

Под занавес я не удержался и задал вопрос, так сказать, без протокола: 

— Извини, не хочу обидеть, но… Чего тебе не хватает, чтоб постричься, — денег или времени? 

— Ты про эту проплешину, что ли? — переспросил новоявленный миллионер и ткнул себя пальцем левей макушки. — Так это меня прошлой ночью на расстрел возили. 

— К-куда?! 

— На Кудыкину гору! Ночью схватили из дома и — в лес. Стреляли над самым ухом. 

— Так у тебя ж охраны восемь человек! 

— Ты песню помнишь: «Ох, рано встает охрана!..»? Рано утром то есть. А то было ночью. 

Сказал без какой-либо злобы, как о неизбежных издержках своей профессии. Дескать, плотник может тяпнуть себе топором по пальцу, водитель-дальнобойщик — попасть в автокатастрофу, а он, новый русский, — угодить под пулю…  

 А ты кто такой? 

В конце 1980-х и в 1990-е годы этот слой нуворишей ассоциировался исключительно с их внешними атрибутами — малиновым пиджаком, массивной золотой цепью на шее, ароматом парфюмерной лавки и полублатной лексикой. Они ездили на сильно подержанных чёрных «мерседесах», вечером и ночью оттягивались в ресторанах, казино и норовили всем вокруг продемонстрировать быстро приобретённый достаток, нисколько не понимая, насколько смешны и нелепы в своей пошлости. Короче — китчились: то есть кичились собственным китчем. 

К исходу прошлого века многое из этой атрибутики почти исчезло. Вместо малинового пиджака — строгий костюм из бутика, вместо чёрного «мерса» — внедорожник с затенёнными стёклами, да и кандальная цепь с «гимнастом» превратилась в едва заметную тонкую и нежную цепочку. 

Благодаря этим внешним переменам многие авторы, учёные и не очень, поспешили прийти к выводу, что новые русские уже канули в прошлое. Иные даже нашли этому объяснение: исчез тотальный дефицит, позволявший наваривать капиталы из воздуха в считанные недели, и мгновенно возникающие нувориши стали невозможны. 

Выглядело это довольно логично. Вот только люди далеко не всегда подчиняются логике общественного бытия. Суть новых русских заключалась не в их внешнем облике и манере поведения и не в экономических условиях, а в их авантюрном, неунывающем характере, который оказался востребованным и в начале нашего нового века. 

Молодые парни и девицы до тридцати, не измученные знаниями, интеллектом и премудростями мировой культуры, по-прежнему успешно компенсировали всё это отсутствием каких-либо комплексов, завышенной самооценкой и бешеными приступами энергичности.  

В их среде встречали исключительно по одёжке и провожали по успеху, который им был понятен. Превыше всего здесь ценили богачей, а звёзд шоу-бизнеса просто обожали. Если удалось провести вечер в одной компании, скажем, с Ксенией Собчак или Сергеем Зверевым, этим событием гордились как собственным достижением. 

Браки, освящённые церковью и загсом, в этом кругу встречались крайне редко, зато обычны были непродолжительные связи — на полгода, год. При этом вторую половину называли женой/мужем. Мужьями обыкновенно оказывались лысоватые, с брюшком «папики», спонсирующие не слишком обременительный бизнес юных смазливеньких девочек — что-нибудь рекламное, издательское, модельное, маникюрно-парикмахерское… Ведь так приятно после нервного трудового дня расслабиться в компании молодёжи, где постоянно зажигают, где царят лёгкость в мыслях и отношениях!.. 

Встречались в роли «папиков» и преуспевающие «мамики», тоже лет на десять, а то и на все двадцать старше своего муженька. 

Правда, сама эта генерация «новых русских» была уже далеко не первой свежести и перед своими спонсорами постоянно уменьшала свой возраст, одеваясь и держа себя на двадцать с хвостиком. 

Хозяйчики жизни и «тумбочки» 

Да, новых «новых русских» стало заметно меньше, чем в девяностые годы. Старые, остепенившись, вышли в серьёзные бизнесмены или успели лечь в могилу (кто — от пуль, а кто — от наркотиков). 

К тому же новые «новые русские», как правило, владели уже не своим бизнесом, а фирмами с очень ограниченной ответственностью, и, если бизнес вдруг начинал расти по-взрослому, он тут же переходил в полновластные владения своего настоящего хозяина — вчерашнего «спонсора». 

Ничего не скажешь, эти мальчики и девочки трудились на своих руководящих постах увлечённо, подчас фанатично. Со стороны даже могло показаться — не жалея себя. Но нередко они вдруг бросали работу в самый разгар дня — ради ресторанного застолья, любовной встречи, презентации с модной тусовкой… Конечно, они болели за дело всей душой и готовы были изничтожить любого, кто окажется у них на пути, но… 

Если фирма — не приведи Господи! — всё же превращалась в банкрота (чаще из-за охлаждения в отношениях со «спонсором»), молодые хозяйчики не умывались слезами от горя и не лезли в петлю. 

Праздник жизни для них продолжался, как и прежде. И ничего удивительного, ведь чаще всего стартовый капитал и постоянные инвестиции были не свои собственные. Если не «папика»-«мамика», так богатых родителей или других расточительных родственников. А чужие деньги как ушли, так и снова придут. Богатых в российских нулевых годах становилось всё больше, и, если вчера раскошелился один, то почему бы завтра не раскошелиться и другому? 

Самое поразительное: нередко фирмы таких «новых русских» поначалу — полгода, год, а иногда и дольше — работали весьма удачно. Первым фактором успеха служили, как это ни удивительно, личные качества самих «бизнесменов». 

Тогда как интеллектуал, обременённый жизненным опытом, стереотипами того, что можно и чего нельзя, а то и нравственными табу, мучительно долго разрабатывал стратегию и тактику своей компании, — эти примитивно мыслящие хозяйчики жизни, даже не подозревая о предстоящих трудностях, сразу устремлялись вперёд, напролом. И — часто добивались хорошего результата. Не получив нужного решения в одном месте, они тут же отправлялись в другое, а надо — и в третье, пока не отрывали своё. Для них это был вид спорта: заговорить, обаять, уверенно наобещать даже то, что невыполнимо, и, «раскрутив» таким образом своего будущего партнёра, обрести выгодный контракт, чтобы вечером или ночью на очередной вечеринке похвастать перед всеми «крутой» победой. 

А как же быть с обещаниями, которые вроде бы невыполнимы? Вот тут-то и вступал в силу второй фактор успеха — в фирме нового русского почти наверняка отыскивались несколько профессионалов-пахарей, которые способны были решить даже самую нерешаемую задачу. Уж что-что, а пахарей с хорошим образованием и мозгами, которые могут всё, кроме главного — добывания денег, у нас в те годы ещё оставалось в избытке. У каждого из них на лбу было оттиснуто «Сделано в СССР», и они готовы были трудиться не только за скромные деньги, но и просто за обещание заплатить «чуть  позже». 

Впрочем, как бы эти трудяги ни вкалывали, хозяин никогда не ценил их по-настоящему. И не из жадности. Для него главными мерилами в жизни были не интеллект, трудолюбие и профессионализм, а деньги и умение жить весело. Более того, подсознательно он своих работников, в том числе лучших, презирал, ведь они только и делали, что просили прибавки зарплаты. Я сам слышал, как один из таких хозяйчиков за глаза называл их «тумбочками». 

Однако, несмотря на все старания даже очень талантливых «тумбочек», фирма, возглавляемая этими «новыми русскими», как правило, была обречена. Она слишком зависела от своего хозяина, который, в свою очередь, зависел от денег быстро меняющихся инвесторов и ещё быстрее меняющихся собственных пристрастий. 

Правда, бывало, повторяю, и так, что фирма всё же выживала и даже поднималась всё выше на незримых воздушных потоках делового мира. Но происходило это только в тех случаях, когда бизнес перетекал в другие, более надёжные руки или «новый русский» повзрослев, переставал быть «новым русским». 

 На мушке у киллера 

Выслушав рассказ юного бизнесмена о том, как его ночью возили в лесок и стреляли над ухом, я даже представить себе не мог, что через полчаса сам испытаю, каково оказаться чьей-то мишенью. 

После интервью, уже глубоким вечером, меня доставили в белоснежном лимузине фирмы на Ленинградский вокзал. Вслед за мной из машины вышел охранник Петюня — верзила двухметрового роста, в камуфляжной форме и с детски добродушной физиономией. Мы молча направились к платформам. Один шаг Петюни, два — моих. Я — с сереньким неприметным кейсом, он — с  новеньким «калашом». 

Вдруг я заметил, что в вечерних сумерках встречные прохожие смотрят на нас как-то чересчур долго и пристально. Мне стало неуютно: тут и дураку ясно — если человек следует под охраной громилы с автоматом, значит, в этом кейсе наверняка миллион долларов. 

— Ты иди обратно, дальше я лучше один, — сказал я. 

— Не могу, — понимающе отозвался Петюня. — Велено посадить в поезд. А вдруг чего случится! Меня ж потом убьют. 

И я понял, что убьют вовсе не в переносном смысле. 

Так и дошагали мы вдвоём до самой двери вагона. Я сразу юркнул в своё купе и лишний раз старался не выходить из него до самого Петербурга. Потому что сперва шваркнут по башке каким-нибудь обрезком трубы, и только потом убедятся, что в портфеле нет ничего, кроме книжки, зубной щётки и сменной сорочки. 

 

Generation Z 

Конечно, нынче бизнесменов уже не отстреливают в массовом порядке, как в девяностые годы или в начале нулевых. Но сезон охоты ещё не закрыт. Газетные информации на эту тему по-прежнему напоминают сводки с фронтов. 

А вот «новые русские» почти исчезли. Попадаются лишь отдельные редкие экземпляры. 

Куда они подевались? Где нынешние молодые хозяйчики жизни? 

За домашним компьютером, вот где! 

Они идут в блогеры — придумывают залихватские или трогательные тексты, сочиняют стихи и песни (желательно rap style), снимают на видео себя и своих друзей, без зазрения совести воруют друг у дружки всё, что подвернётся…  А главное — мечтают о большом, прямо-таки большущем хайпе. 

И эти ребята тоже готовы работать до изнеможения. И им свойствен весёлый авантюризм. И у них главное — не  дело, которому они пытаются служить, а радостно-беспечная жизнь и деньги, которые они мечтают на нём хайпануть.  

И, кстати, некоторые прорываются к заветной цели. Одни — по счастливому случаю и стечению обстоятельств, другие — потому что умны и талантливы. Но первые быстро отцветают, и следы их бесследно теряются где-то в бездонных недрах интернета. А вторые тут же стараются перейти на более высокий серьёзный уровень. Потому что понимают: хайп быстротечен и лишь настоящее творчество вечно. 

Расскажите друзьям:
  • Юрий Смольянов Reply
    3 месяца ago

    Вопрос не нов и ответ на него, как лично мне кажется, очевиден. Спустя десятилетия с момента зарождения понятия «новые русские», криминальный капитал естественным образом перешел в официальный. Эти наши сограждане уходят в прошлое. Они создали первоначальный капитал дикими средствами. Сейчас им (капиталом) управляют топ-менеджеры, а бандиты оказались в тени, многие легализовались, наняли профессиональных руководителей. Что греха таить, кое-то просто слился с нынешней правящей элитой. Надо признать, что было среди них немало и толковых парней…

  • игорь Reply
    3 месяца ago

    А по другому не бывает. Если у вас демократия, то вы прислушиваетесь к действиям народа и отменяете сухой закон. В противном случае, вы принимаете закон **об**уважении власти. Главное, убедитесь, что возле ваших(честно заработанных) фазенд) нет фонарных столбов. Власть в разваливающейся империи будет меняться часто.

  • Ола Reply
    3 месяца ago

    По-моему автор не силен в современном сленге. Лучше не использовать, чем использовать неуместно.

  • Сергей Reply
    3 месяца ago

    Новые русские плавно перешли в чиновников. Замашки один к одному.

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

8 − 1 =