Эмиграция: четыре истории без прикрас

Светлана Белоусова
Февраль13/ 2020

Сколько бы ТВ ни рассказывало о благополучии, которого мы достигнем буквально завтра, россияне продолжают уезжать за границу. Не буду осуждать или оправдывать. Вспомню лучше своих знакомых.

Анька. В конце 1970-х вышла замуж за еврея, который имел в Ленинграде всё, о чём только мог мечтать советский человек: работу в магазине телерадиотоваров, квартиру, автомобиль «Москвич» и дачу в Комарово.

В какой-то момент обоим захотелось большего. Уехали в Израиль, как тогда говорили, на ПМЖ. Устроились. Анька — в хлебопекарне мыть котлы. Муж — грузчиком на заводе. Постепенно обжились. Выучили язык, сменили работу, родили двоих детей.

Когда стало можно, начали приезжать в Петербург. Регулярно, почти каждый год.

По вечерам, хотя этим очень недовольны дети, выросшие настоящими израильтянами, смотрят российское телевидение.

Однако возвращаться не собираются — слишком оторвались.

Боря. Уехал с семьёй в Германию в начале 1990-х.

В Киеве числился непризнанным поэтом, а в ФРГ оказался совсем не у дел. Занимался всем, чем можно. И тем, чем нельзя, тоже. До тех пор, пока не организовал русский литературный журнал. Издаёт его по сей день. Денег так и не заработал. Но живёт.

Этим и живёт. Потому что, по его словам, каждый день читает и пишет на русском языке.

Любаня. Жила в крохотном посёлке под Кемерово. С мужем-алкоголиком.

В 2002-м подала анкету на сайт знакомств с иностранцами. Отозвался австралиец. Бизнесмен. Познакомились. Понравились друг другу. Уехала с трёхлетней дочкой. Начала обживать огромный особняк, устраивать его по-своему.

Потом ни с того ни с сего вдруг взялась писать маслом. Предприимчивый муж устроил выставку. Картины — сплошь русские мотивы — пошли. Заработала себе имя.

Не имела претензий ни к мужу, ни к его семье. Но не выдержала. Через три года бросила всё, упаковала чемодан и вернулась к себе под Кемерово. Домой.

Оля. К 30 годам получила три высших образования, а вот со второй половинкой никак не получалось. До тех пор, пока не познакомилась в Испании с американцем — на пять лет старше её мамы, но очень богатым.

Уехала в Калифорнию. С полгода наслаждалась новизной и тем, что у неё появились горничная, шофёр, кухарка и садовник. Потом заскучала. От безделья. Пошла учиться.

И, наверное, совсем бы пообвыкла, если бы не беременность. Муж заявил, что наследников у него и так достаточно, так что ни о каком ребёнке не может быть речи. Настоял не только на аборте, но и на операции по стерилизации.

Недавно звонила, плакала:

— Видеть тут никого не могу… Чем дальше, тем больше понимаю — не случайно же сложилась поговорка «Где родился, там и пригодился»…

Я слушала её молча. Думала: а ведь и правда не случайно. Причём именно у нас. Так, может, она и вправду существует — эта самая загадочная русская душа, которая не даёт человеку покоя и гонит его по свету в поисках счастья? Вероятнее всего, да. И потому вместо того, чтобы засучить рукава, убрать то, что скопилось за долгие годы в родных авгиевых конюшнях, и начать строить у себя дома такую жизнь, о которой мечтаем, мы едем, и едем, и едем…

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

12 + один =