Куда летит Америка, унесённая с Флойдом?

В США запретили «Унесённые ветром». Дескать, в этом культовом фильме романтизируется рабство. Не знаю, насколько внимательно цензор смотрел фильм, но роман он точно проглядел вполглаза.

Оговорюсь сразу. Рабство — однозначное зло, а потому преступниками были и белые работорговцы, и чёрные князьки, продававшие соплеменников заезжим барыгам. Сама идея, что одно человеческое существо может владеть другим человеческим существом на правах собственности, нам сейчас кажется отвратительной. И не важно, какой у раба цвет кожи.

Но так было далеко не всегда. Не будем вспоминать Древнюю Грецию или Древний Рим. Но ещё каких-то 250 лет назад на невольничьих рынках Бахчисарая и Кафы продавали рабов-славян. А в газетах Российской империи вплоть середины ХIХ века можно было прочесть объявление «Продаётся опытный кучер и жена его кухарка», цена — 800 рублей за пару. Но хватит истории. Речь о литературе.

«Унесённые ветром» — самый американский роман и самый честный роман про Америку. Прошлую и настоящую. Экранизацию романа запретили к показу на стриминг-платформе HBO с легкой руки Джона Ридли, чернокожего режиссёра и сценариста, отхватившего Оскара за лучший адаптированный сценарий к фильму «12 лет рабства». Фильм основан на мемуарах Соломона Нортапа, афроамериканца с трагической судьбой, которого похитили белые злодеи, чтобы вернуть за выкуп как беглого раба. Лучший фильм 2013 года. Об ужасах расизма и рабовладения. С изнасилованиями, порками и пытками на дыбе…

И вот на фоне массовых протестов и погромов, вспыхнувших после гибели Джорджа Флойда сценарист Ридли вдруг вспоминает американскую киноклассику —«Унесённых ветром», в которой нет порок и изнасилований и выносит вердикт: «романтизация». А киногигант HBO покорно и безропотно банит шедевр 1939 года, так и оставшийся самым кассовым фильмом в истории кинематографа. «До появления разъяснений об историческом контексте», как сказано в прилагающемся пресс-релизе.

На самом деле уж что-что, а роман Маргарет Митчелл в разъяснениях не нуждается. Ведь по нему не историю изучают, а людей. Нет в нём никакой романтизации рабства, а есть рассказ о Юге, который вовсе не был чёрно-белым в прямом и переносном смысле. Это был сложный мир человеческих взаимоотношений, и далеко не только статус раба или рабовладельца их определял.

Негритёнок Джимс, грум и раб близнецов Тарлтонов с богатой плантации, от души презирает командира эскадрона, бедного белого фермера, у которого рабов раз, два и обчёлся. Чернокожий гигант Сэм идёт в армию конфедератов, чтобы защищать идеалы рабовладельческого Юга. Чернокожие рабы, выучившиеся на сапожника, кучера или парикмахера откровенно брезгуют чёрными собратьями, у которых не хватило на это ума и сообразительности. А самыми системными, структурными расистами оказываются вовсе не южане-плантаторы, а освободители рабов — янки…

Чего стоит эпизод с просьбой помочь нанять няню и с какой брезгливостью благородная дама-янки отвергает совет Скарлетт О’Хара нанять умелую негритянку. Как это — «чёрная няня, когда нужна добропорядочная ирландка!» Главная героиня, выросшая на руках у чернокожей Мамушки, с ужасом понимает, что эта дама даже вообразить не может, какими ласковыми могут быть чёрные руки.

А нищие негритянские гетто? Они появились как раз после Гражданской войны и освобождения рабов. А как цинично и умело янки манипулируют на выборах голосами чёрных. А сложные взаимоотношения Мамушки и Ретта Батлера, который обхаживал старую нянюшку, чтобы избавиться от обидной клички «мула в конской сбруе». Тут не про отношения раба и рабовладельца, тут сложное столкновение нового и старого, патриархальных традиций и неизбежных перемен.

«Унесенные ветром» прекрасны тем, что они многоцветны. Это действительно романтическая история про войну и про любовь (а про что ещё можно написать роман?), где подлыми, алчными, верными, благородными, добрыми и жестокими могут быть и белые, и чёрные. Потому что все они — люди. Ни в каких дополнительных разъяснениях ни фильм, ни роман не нуждаются. А если кто-то видит там «романтизацию рабства», так для кого-то микельанджеловский Давид — порнография и что теперь, специальную табличку с разъяснениями рядом ставить или вовсе убирать с глаз долой?

…Расизм не в «Унесённых ветром» Маргарет Митчелл, а также не в запрещённых ранее американскими пуристами «Хижине дяди Тома» Гарриет Бичер-Стоу, «Приключениях Тома Сойера» и «Приключениях Гекльберии Финна» Марка Твена. А как же иначе, в тексте есть ужасное слово «ниггер» и плевать, что мальчишки в рабовладельческом социуме становятся друзьями беглого ниггера Джима.  Расизм — именно в запретах. Сегодня горе-цензоры пытаются вычеркнуть из истории не только вершины национальной американской культуры, но и само упоминание о рабстве.  А, значит, через одно-два поколения никто в Америке уже не вспомнит, что именно было и каким было!

Никакие запреты и умолчания не перечеркнут прошлое, просто станут причиной очередной лжи.

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

тринадцать − двенадцать =