Куда подевалась интеллигенция?

Сергей Ачильдиев
Ноябрь20/ 2020

Русской интеллигенции больше нет. Похоже, с этим уже все согласны. А почему она исчезла? Этот вопрос тоже не вызывает разногласий. Считается, что виной всему общество потребления. Но так ли это?

Никто точно не знает, когда она появилась на свет. Одни авторы, говоря о русской интеллигенции, утверждают, что она возникла в 1860-х годах [1. С. 12]. Другие — относят её рождение к временам Петра I [2. С. 92; 7. С. 418; 3. С. 356]. Третьи — и вовсе говорят о XV–XVI и даже X–XIV веках [5. С. 98; 6. С. 100–104].
Вполне вероятно, интеллигенты и вправду встречались среди средневековых монахов, летописцев и богомазов, а также книжников и учёных людей петровской эпохи. Но трудно, просто невозможно себе представить, будто уже в те времена существовала интеллигенция с её главным качеством — противостоянием властям в политике, культуре, искусстве, нравственности, этике…
Реально русская интеллигенция появилась всё-таки позднее — на рубеже XVIII–XIX веков, когда у всё большего числа дворян обнаружилась тяга к образованию, возникли салоны и кружки, появились журналы… И когда заявило о себе первое «непоротое поколение» дворян. Как заметил Натан Эйдельман, «…не могли явиться из времён Бирона и Тайной канцелярии ни Саблуков, ни Пушкин, ни декабристы…» [8. С. 582].
На протяжении двух столетий интеллигенция исчезала трижды. Сперва — в 1860-е годы, когда ряды дворянской интеллигенции увеличили, а фактически размыли поповские и купеческие дети. Увеличение оказалось настолько крупным, что новую интеллигенцию стали звать разночинской. Второй раз это произошло в 1930-х — начале 1950-х годов, и тут уж причины называть, наверное, излишне.
В третий раз интеллигенция исчезла в 1990-х. Об этом как о совершившемся и неоспоримом факте говорили все, в том числе Даниил Гранин. В 2013 году мне довелось напомнить ему о том, чтó он утверждал десятью годами ранее. «Ваше мнение не изменилось?», — спросил я. Даниил Александрович ответил, не задумываясь: «Сегодня тем более нет интеллигенции» [4. 26 декабря, 2013].
С тех пор минуло ещё семь лет. Интеллигенции, как не было, так и нет. Она не возродилась. Сейчас её уже и поминают нечасто. А если всё же поминают, то неизменно в прошедшем времени.
В 1990-е годы исчезновение этого русского феномена чаще всего объясняли обнищанием представителей интеллигентских профессий. В 2000-х, когда беспросветная нищета для многих канула в прошлое, заговорили об обществе потребления. Дескать, его соблазны развратили интеллигенцию, и, увы, прилавок победил стремление к свободе и независимости.
По поводу общества потребления готов согласиться. Однако совсем в другом смысле.
Дело не в колбасе, навороченных смартфонах, престижных дачах, просторных квартирах, комфортабельных автомобилях и поездках за границу. Всё это, за исключением смартфонов, служило сильнейшим соблазном и прежде. Тем не менее, интеллигенция была многочисленной, значимой силой общества и при Брежневе, когда её целенаправленно развращали подачками, и при Николае II, когда она в большинстве своём зарабатывала и жила очень хорошо.
Дело в другом. Многочисленность и сила интеллигенции — как при царской власти, так и при советской — во многом определялись чтением одних и тех же книг, посещением одних и тех же театральных постановок, выставок, концертов. А главное — кастовой обязанностью знать все книжные, театральные, живописные, музыкальные новинки. И вдобавок — хвалить то-то и ругать то-то, в соответствии с общим мнением своей страты. Всё это помогало сохранять интеллигентскую особость, принадлежность к своему сообществу, где тебя понимают, одобряют и поддерживают.
Соблюдать набор знаний, а, следовательно, одобрений и неодобрений было не так уж трудно. Свежие события в культурной жизни происходили нечасто, а потому даже занятой человек при желании успевал познакомиться с большинством необходимых новинок.
Теперь, в наш век глобальной информации, в крупном городе каждый день издают книги десятков наименований, играют несколько премьерных спектаклей, открывают несколько выставок, выступают несколько приезжих певцов, музыкантов-исполнителей, артистов… А есть ведь ещё интернет, в котором вся Библиотека Конгресса, Ленинка и десятки электронных библиотек, тысячи отечественных и зарубежных кинофильмов, постановок, картин, скульптур, песен, музыкальных произведений, биографий знаменитостей… Перечислить всё хотя бы по жанрам и то немыслимо…
Интеллигенты в России остались, это несомненно. Но их культурное единство рассыпалось. Никто уже не читает одну и ту же книгу, не смотрит один и тот же фильм, не рвётся на одну и ту же премьеру и не обсуждает всё это вместе с людьми близкими по духу и мировоззрению. У каждого — всё это своё, каждый — сам по себе. И у каждого свои предпочтения, и мысли, и представления о том, что хорошо и правильно и что плохо и неверно. А потому у тысяч сегодняшних интеллигентов уже нет единых норм знаний, пристрастий, вкусов, и, значит, нет единых оценок, требований, правил поведения.
…Конечно, информационно-культурное изобилие — не единственное препятствие, мешающее интеллигентам сформировать единое сообщество. Но и этого вполне достаточно.
Да и обязательно ли снова воспроизводить прошлое?..

Литература
1. Гаспаров М.Л. Интеллектуалы, интеллигенты, интеллигентность // Русская интеллигенция: история и судьба М., 2000
2. Гершензон М.О. Творческое самосознание // Вехи; Интеллигенция в России: Сборник статей. 1909–1910. М., 1991
3. Гранин Д. Русский интеллигент уходит // Гранин Д. Интелегенды: статьи, выступления, эссе. СПб., 2007
4. Гранин Д.А. «Человеку не хватает независимости», интервью // Невское время
5. Кнабе Г.С. Русская античность. М., 2000
6. Соколов А.В. Интеллигенты и интеллектуалы в российской истории. СПб., 2007
7. Федотов Г.П. Трагедия интеллигенции // О России и русской философской культуре. М., 1990
8. Эйдельман Н. В борьбе за власть. М., 1988

Поделиться ссылкой:

  • Арман045 Reply
    6 месяцев ago

    Каста, в которой читают, смотрят, слушают одни произведения и в оценках ориентируются на усредненное (т.е. чужое) мнение — не интеллигенция. Эту касту очень хорошо назвал Солженицын: образованщина. По-английски более щадяще: intellectuals (совсем не то же, что интеллектуалы). Интеллигенция — не единство, а множество обособленных единиц, недаром в европейских языках нет собирательного существительного. Помню, как мне, школьнику первой половины 1980-х гг., было нелегко сказать, что мне «Доктор Живаго» показался жевательной тягомотиной: как же, ведь роман в Союзе не печатается, нужно (почти долг чести!) добыть западное издание у знакомых (что я и сделал — чтобы вернуть с разочарованием). Та туса, о которой говорится в статье, считала шиком поставить дома шкаф с муляжами книжных переплетов (в тон!) и пианино (вот девочка научится ходить — отдадим в музыкальную школу).

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

1 × 5 =