Фёдор Энрольд. Призвание — инженер

Владимир Саблин
Февраль03/ 2021

Проезжая в Петербурге по Литейному мосту, вспомните: его возводил Фёдор Энрольд. Будучи и сам знаменитостью, он стал основателем семейной династии российских инженеров.

 

— В 1876 году эту шкатулку Фёдору Ивановичу подарил профессор Александр Николаевич Ераков, — говорит Нина Кирилловна Бурганова, праправнучка Фёдора Энрольда.

В этой старой петербургской квартире столько старинных редкостных вещей и каждая со своей историей, что кажется, будто попал в музей. Да, собственно так и есть. Это музей семьи, чья история насчитывает свыше двух веков.

Вот на стене и родословное древо, ведущее начало от шведа на русской службе Фридриха Энрольда.

 

Пути и веси

В 1780-х годах швед Фридрих Энрольд покинул родную Упсалу и прибыл в Петербург. Россия при Екатерине II не отгораживалась от иностранцев, приглашала их на службу, как и при Петре I.

В Северной столице Фридриха ждала должность гувернёра в воспитательном училище при Императорской академии художеств. В училище поступали мальчики пяти-шести лет, из хороших семей, и воспитание их абы кому доверить было нельзя. Приезжий, надо полагать, имел хорошие рекомендации.

Но жизнь в Петербурге оказалась дорогой. И когда в 1795 году гувернёр ушёл в мир иной, выяснилось, что семья его остаётся без средств к существованию. Совет Академии в составе известных столичных зодчих и скульпторов подал представление на имя своего президента, и тот добился для вдовы покойного Елены Энрольд пожизненного пособия.

Это помогло семье не только выжить, но и пустить в России корни. Сын Фридриха — Иван — окончил Сухопутный шляхетский кадетский корпус. Геройски показал себя в войну 1812 года и в составе 22-го егерского полка победно вошёл во французский Труа. Он был уволен от службы «за ранами с награждением чина подполковника с мундиром и пенсионом полного жалования» и назначен городничим в город Городню Тверской губернии.

Эту Городню, конечно, трудно было назвать городом, это была скорее деревня. Однако ещё в конце XVIII века здесь был построен Путевой дворец, где по дороге из одной столицы в другую останавливались русские государи, иностранные дипломаты и государственные курьеры.

Но главное — сам Иван Энрольд был не чужд передовых идей, а потому после того, как в 1837 году под Петербургом начала действовать первая в стране Царскосельская железная дорога, дождался, когда сыну Фёдору стукнет 14 годков и определил его кадетом в Институт корпуса инженеров путей сообщения.

 

Профессор практической механики

Обрусевший юный швед учился превосходно. Фёдор окончил институт «первым по успехам», его имя, по решению Конференции (учебного совета) Института, занесено на мраморную доску, а сам выпускник удостоен  чина поручика.

Ему не было ещё и 30, а он уже как инженер отвечал за возведение Дворцового моста. Несколько лет спустя проводил реконструкцию Симеоновского (ныне мост Белинского) и Семёновского мостов через Фонтанку, составлял генеральный план очистки и углубления рек и каналов Петербурга с применением прогрессивного для того времени парового землечерпания.

В самом конце 1850-х Фёдора направляют в заграничную командировку на два года.

«Вашему Императорскому Величеству благоугодно было Высочайше одобрить предложение о командировании за границу двух генералов Путей Сообщения для осмотра новейших по строительной части усовершенствований и изучения полезного оного применения сообразно местным условиям России. Для сего избраны мною Корпуса Инженеров Путей Сообщения Штабс-Капитан Энрольд и поручик Шуберский 3-й», — докладывал Главноуправляющий путями сообщений и публичными зданиями генерал-адъютант Константин Чевкин.

В Париже Энрольд знакомится с последними новинками технической мысли. В частности, слушает курс теории паровых машин. Особенно привлёк его локомобиль — компактный агрегат, состоящий из котла и паровой машины, расположившейся прямо на котле. Энергию от паровой машины через шкив и ременную передачу направляют туда, где нужен привод, — к станку, насосу, генератору…

В ту пору считалось, что за паровыми двигателями будущее. Именно на них мир въехал во вторую половину XIX столетия.

Усиленное развитие транспорта требовало прокладки дорог, и не только железных. Речной флот в России испытывал большое неудобство от заиливания рек и фарватеров. Молодой русский инженер изучает «поглубление реки Сены», даёт краткий обзор способов производства выемок под водой в Гавре, Септе, Марселе. Описывает землечерпательную машину, действующую каучуковыми насосами, а также машины с ковшами на железных лодках. Машина в 20 лошадиных сил вынимает до 3 куб. сажень ила в час.

В дальнейшем знание дноуглубительного дела существенно помогло Фёдору Энрольду. В 1874 году он был назначен «Председателем Временного управления по устройству СПетербургского Морского Канала». При его сооружении было задействовано 11 землечерпательных снарядов и 5 сосущих аппаратов Базена (ныне называемых земснарядами). Всего при строительстве морского канала было вынуто 9,5 млн кубометров грунта. Энрольд не дожил до момента открытия канала, но он активно вёл переговоры с Николаем Путиловым, с подрядчиками, добивался выделения средств из казны на столь необходимый России фарватер.

Ну, а тогда во Франции молодой инженер познакомился также с перфораторами Сомелье, «над коими, — писал Фёдор Энрольд, — ныне производятся опыты в Серене и которые в числе 300 будут установлены в Мон-Сенисском туннеле». Самый пик технического прогресса! Именно Жермен Сомелье создал первый пневматический перфоратор ударного типа. Применение его в 1861 году увеличило скорость проходки тоннелей более чем в два раза.

По возвращении в Петербург 31-летний инженер становится профессором практической механики в Институте корпуса инженеров путей сообщения (ИКИПС). Здесь он создал главный труд своей жизни — неоднократно переиздававшийся «Курс мостов». «Мосты должны быть устроены целесообразно, прочно, дёшево и красиво» — таково кредо Фёдора Энрольда.

Вместе с известными мостостроителями Станиславом Кербедзом и Дмитрием Журавским он входит в Комиссию по постройке постоянных мостов через Неву. Энрольд рассчитывает конструкции Литейного моста. Ему же принадлежит метод расчёта железнодорожного рельса как неразрезной балки на упругих опорах.

Его ученики вспоминали: «Ф. Энрольд умел учить… Замечательно даровитый человек, развивший свои обширные способности по окончании институтского курса ещё более, симпатичнейший, добрейший из добрых… Ко всем был неизменно доброжелателен, радуясь успехам хорошо работающих и помогая тем, кто в нём нуждался. Желание поддержать человека, чем можно, помочь ему было у него безгранично».

 

Восстановление справедливости

Нина Кирилловна достаёт один за другим альбомы, кипы фотографий, сохранившихся от сына Фёдора — Бориса Энрольда.

Борис Фёдорович окончил Строительное училище, а затем, уже после смерти отца, как гражданский инженер прослушал курс в Институте инженеров путей сообщения. Борис Энрольд всю жизнь строил железные дороги — Закавказскую, Либаво-Роменскую, Средне-Сибирскую (между Красноярском и Иркутском), Сибирскую, Юго-Восточную…

В семье чудом сохранилось приглашение на бракосочетание Бориса и Марии Родзевич в церкви Строительного училища 6 февраля 1883 года. Среди раритетов семейной коллекции и билет для бесплатного проезда по Средне-Сибирской дороге, экслибрис Бориса, знак путейца в виде скрещённых топора и якоря.

— Весь архив, родословное древо, собранные по крупицам документы, найденные могилы — дело рук моего отца Кирилла Сергеевича, — рассказывает Нина Кирилловна. — Он увлёкся семейной историей в 1969 году после смерти последней хранительницы очага Энрольдов — тёти Марии. В семье её любовно называли Мусей или Мухой.

Сам Кирилл, окончив ЛИИЖТ, работал в проектных институтах, занимался водоснабжением и канализацией, вёл объекты как главный специалист. Поиск своих корней, а также захоронений инженеров путей сообщения стал для него второй работой. Он пропадал в Публичной библиотеке и библиотеке Академии художеств, в архивах. И вёл дневник своих розысков:

«Сегодня открыл целый клад в фонде №207, дело №890 за 1857-60 гг.». И далее: «10 января 1972 года. Одержана ещё одна победа на фронте борьбы за признание незаслуженно забытого учёного ИКИПС и нашего прадеда Ф.И. Энрольда. Получено отношение из ЛИИЖТа в исторический архив».

Присущие Кириллу Сергеевичу терпение, целеустремлённость, инженерное мышление со временем приносят плоды. «Незабываемый день, когда горизонты моей родословной мгновенно расширились и прояснились во многих темах, — записывает он. — Спасибо людям, сохранившим живую речь наших предков в письмах и документах в таком отличном состоянии. Да разве я мог предполагать год тому назад, что смогу читать подлинные документы, написанные рукой моих далёких предков? А сегодня это счастливая реальность. Проработав с 14 до 19 часов, только за пять часов, я обнаружил столько бесценных документов!».

— Отец не только восстановил могилу Фёдора Энрольда на Новодевичьем кладбище. Он добился, чтобы её передали под охрану государства, — продолжает Нина Кирилловна. — Он нашёл ряд захоронений питомцев Института путей сообщения. Участвовал в перезахоронении праха Августина Бетанкура, водил делегацию из Испании по Петербургу, знакомя  гостей города с творениями их великого соотечественника, который немало строил в Петербурге, Москве, других российских городах и заложил систему высшего инженерного образования в России.

А ещё Кирилл Энрольд создал в Ленинградском институте инженеров железнодорожного транспорта группу любителей старины. Энтузиастам удалось найти, описать, поставить под охрану захоронения Николая Белелюбского, Владимира Соболевского, Сергея Карейши, Андрея Дельвига, других выдающихся русских инженеров. Выпустить три тома «Мемориальных альбомов».

…Когда-то должность «инженер» звучала как высокое звание. Им гордились и дорожили. Сегодня былой престиж поблек. А жаль… Очень многое из того, что нас окружает и служит верой и правдой, создано именно инженерами — их творчеством, талантом, трудом.

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

4 × 5 =