Личное. Как я боролся с коронавирусом

Виктор Салов
Ноябрь03/ 2021

В ноябре прошлого года мне исполнился 91 год. А в начале нынешнего я не избежал коронавируса, хотя и был на самоизоляции.

 

Незадолго до Нового года сын подхватил этот вирус, видимо, на работе и, что естественно, дома заразил нас с женой. Сын и жена болели, а я ухаживал за ними, не подозревая, что тоже болен.

Сын очень удивлялся моей стойкости, зная, что в это же время в семье старшей сестры ковид протекал с высокой температурой. В начале января тест у сына показал отрицательный результат, и он вышел на работу. А 9 января гриппозные признаки появились у меня.

Я по интернету вызвал на дом врача из какой-то организации. Приехал
молодой парень и задал лишь один вопрос:

— Обоняние и вкус есть?

Я ответил, что всё в норме.

«Врач» улыбнулся и заявил:

— У вас грипп. Пейте антигриппин.

Я спросил, как его зовут. Он назвался именем британского певца, а отчество называть не стал, мол, мне его будет трудно выговорить. С этим и уехал.

Грипп я обычно лечу трёхдневным голоданием. И на этот раз поголодал, но обычного улучшения не произошло. Хуже того, появился спазм пищевода, я не мог даже пить. Так было потеряно 10 дней. А мне становилось всё хуже и хуже. За эти 10 дней я похудел на 6 кило.

На сей раз вызвал врачей из нашей петербургской участковой поликлиники №17. Те срочно приехали в масках и комбинезонах. Взяли мазок и велели ждать результатов. Через день мне позвонили из лаборатории и огорчили известием: тест дал положительный результат.

Я снова вызвал врачей из поликлиники. Они сразу приехали и стали искать свободное место в больницах по ковиду. Место нашлось в клинике святителя Луки на Чугунной улице, 6. Туда меня и отвезли. Это было 21 января сего года.

В приёмном покое мне сделали компьютерную томографию, определили, что поражено 52 процента лёгких, и направили в палату. Поставили капельницу и начали вводить антибиотики. Между собой поговаривали, что меня надо переводить в реанимацию…

Тем временем я потихоньку выходил из голодания, и мои показатели — к большому удивлению врачей — с каждым днём улучшались. О реанимации они уже не говорили.

Поскольку я оволактовегетарианец, пришлось наладить контакт с санитарками, развозящими питание по палатам. Они проявили большой интерес к моим лекциям о раздельном питании, которого я придерживаюсь с 1993 года. Мои соседи по двухместной палате (за 10 дней их сменилось четверо, кого увозили в реанимацию, а кого — на ИВЛ) были тоже довольны, ведь я им отдавал всё мясное из моих порций. Дочка периодически передавала мне овощные и фруктовые соки.

К концу января я достаточно окреп, хотя был самым возрастным пациентом во всей больнице.

Однако, когда мне сделали очередной контрольный мазок, он снова дал положительный результат. Начальник отделения задумался, а затем спросил, с кем я дома живу и болели ли они ковидом. После моего утвердительного ответа он предложил мне вернуться домой и 10 дней никуда не выходить и не иметь контактов с посторонними лицами, после чего провести контрольный тест и сообщить о результате им в клинику.

Я с радостью согласился, и 2 февраля зять на своей машине увёз меня из клиники домой.

Спустя ещё 10 дней контрольный тест показал отрицательный результат,
и я обрадовал этим лечащего врача в клинике. Она при этом сказала, что
моё выздоровление больше зависит от позитивного настроения, чем от лекарств, и они теперь ставят меня в пример остальным больным.

Однако выздоровление оказалось неполным. Вирус дал осложнение на сердце и лёгкие. При прогулке через каждые 20 шагов начинало колоть сердце, а домой я возвращался с потной спиной, чего раньше никогда не было.

Отправился к своему кардиологу в поликлинику РАН для проведения суточного
мониторинга, который её серьёзно огорчил. Кардиолог предложила
оформить документы на госпитализацию. Я вынужден был согласиться, и 1 апреля она передала их в клинику РАН, приказав мне ждать телефонного вызова.

Прошёл месяц, вызова не было, и я сам отправился в академическую клинику, чтобы узнать о своей госпитализации. Врачи в зелёных халатах у стойки администратора удивились моему вопросу:

— У нас большая очередь, и так быстро не бывает.

Когда минуло полтора месяца после моей выписки из больницы, подошло время контрольной томографии, направление на которую я получил в 17-й поликлинике. Томография показала, что поражение лёгких уменьшилось до 15 процентов. Видимо, не зря я делал гимнастику и надувал воздушные шарики.

В начале июня уехал на всё лето на дачу с тревожным ожиданием вызова на госпитализацию, но его так и не последовало.

Приятель, сердечник со стажем, посоветовал мне заглянуть в собственный паспорт, чтобы вспомнить, когда у меня день рождения, и не ждать вызова.

— Врачам надо спасать молодых, — сказал он, — а нам, старикам, всё по остаточному принципу.

Да я и сам пришел к такому мнению и потому занимался на даче
скандинавской ходьбой, вспоминая свой стишок на эту тему:

Разминка вначале, прогулка в конце…

Улыбка сияет на каждом лице!..

Капризы погоды всем нам нипочём,

В любую погоду мы в парки идём.

Лишь палки мелькают, в дорожку стуча,

И жизнь прекрасна, и кровь горяча!..

И все пожилые, и вся молодёжь

Нам дарят улыбки, когда ты идёшь!..

И даже собаки, виляя хвостом,

Гордятся, наверно, таким ходоком!..

Идём, повторяя, как будто завет, —

Мы будем моложе на несколько лет!..

Идём в темпе свинга, забыв обо всём,

Пока мы шагаем, мы, значит, — живём!

К осени эти тренировки позволили мне вспомнить, что в бытовке
стоит мой велосипед, заваленный сумками и тележками. Достал его, почистил, накачал автомобильным насосом шины и сделал контрольную поездку по садоводству.

Увидев меня, сосед поразился и сделал снимок. Мол, иначе друзья не поверят — как это, на велосипеде в 92 года да ещё после ковида?!

…Сейчас прошло уже 9 месяцев после возвращения из больницы, и можно делать кое-какие выводы:

  1. При заболевании нельзя ждать и заниматься самолечением,ибо в это время вирус захватывает новые органы.
  2. Нельзя поддаваться панике и тоске. Только позитивныйнастрой может усилить действие лекарств.
  3. В период реабилитации обязательны дыхательная гимнастика, надувание резиновых шариков и скандинавская ходьба.
  4. Важно не чувствовать себя в семье пятой спицей в колеснице, а стараться вносить посильный вклад — одеться по погоде, надеть маску, взять в руки скандинавские палки, на плечи рюкзачок и в будние дни в магазин за продуктами. Пусть не спеша, с остановками и передышками, но что-нибудь нужное для семьи принести. Это ведь тоже своего рода гимнастика, чтобы не дряхлели мышцы и подтверждение постулата «Движение есть жизнь!».
  5. 5. Болезнь — тяжёлое испытание, но нельзязамыкаться в себе. Надо контактировать с друзьями по телефону и электронным видам связи, находить в интернете    позитивную информацию и делиться ею с друзьями.
    Как говорил великий Шота Руставели, «что ты спрятал, то пропало, что ты отдал — то твоё».


Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

2 × 2 =