Почему о прошлом писать легче, чем о настоящем

В 1985 году в нашем Социологическом институте Академии наук был создан Биографический фонд. В нём мы собирали мемуары самых разных людей. Сегодня это огромная бесценная сокровищница.

Поначалу к нам поступали пространные воспоминания, в которых люди описывали всю свою жизнь с самого рождения, включая семейные истории и даже генеалогические подробности. Были небольшие тексты об отдельных событиях в жизни человека и страны. Встречались и дневники, авторы которых подробно пересказывали чуть не каждый день своей жизни. Так, у нас хранятся 150 толстых тетрадей, составляющих дневник петербурженки, геолога, которая скрупулезно фиксировала события своей жизни с 15 лет.

Сперва авторские тексты шли самотёком. Но потом мы разместили в СМИ разных городов призывы присылать нам рассказы о своей жизни, и оказалось, что многие прятали свои воспоминания даже от близких, а тут наступила перестройка, и люди захотели отдать запретные тетради, чтобы их прочитали.

Кроме того, мы объявляли конкурсы по разным темам — «Смотрю в себя как в зеркало эпохи», «Жить в эпоху перемен», «Я — петербуржец»… Однажды даже попросили рассказать истории о своих любовных и сексуальных отношениях.

А недавно проходил конкурс «Моя жилищная история». Нам хотелось, чтобы люди рассказали, где и как они жили. Этот конкурс оказался близким петербуржцам, ведь недаром Ленинград считался столицей коммуналок.

Рассказы о житье-бытье в коммунальных квартирах оказались очень интересны. Не скажу, чтобы текстов было очень много (вообще-то, это характерно для нынешнего времени — мемуаристика постепенно уходит в прошлое). Но те тексты, которые поступили, написаны прямо-таки с азартом — в них масса характерных подробностей и бытовых деталей.

В целом воспоминания о коммунальных квартирах позитивны, в отдельных случаях по-своему умилительны. Чувствуется грусть, даже налёт ностальгии, что неудивительно, ведь эти истории писали в основном пожилые люди и рассказывали они о своей молодости — 1950-х — 1980-х годах.

А вот о современных коммуналках рассказов почти нет, хотя в нынешнем Петербурге их и сейчас хватает. Видимо время ещё не пришло…

Описывая «уходящую натуру», авторы рассматривают её как музейную экспозицию, едва ли не как культурное наследие. Рисуют колоритность соседей и предметов быта.

Жёлтые абажуры, большие круглые столы даже в маленьких комнатах, старый паркет, который регулярно натирали полотёры, домработницы, которые могли жить в семьях, проживающих в коммуналках…

Холодильные ящики за окном для хранения продуктов, чугунные утюги, ночные горшки, газеты вместо туалетной бумаги, высокие потолки, примусы и керосинки, ванные с дровяными колонками, длинные коридоры, общие куличи на Пасху, торт «Наполеон» по праздникам, соседки, которые на общей кухне учили варить борщ сыновей занятых мамаш, алкоголики (как тихие и невредные, так и агрессивные)…

Узкие прорези во входных дверях вместо почтовых ящиков, общие телефоны, дежурства по квартире, когда нужно было в определённые сроки выносить мусор, фикусы (которые сейчас куда-то пропали), картины из фольги, вышивки крестом и гладью, фарфоровые статуэтки, пупсы, коллекции марок, монет, этикеток, открыток, фотографий, огромные шкафы-буфеты, бельё, которое сушили и в коридоре, и в ванной, и даже на кухне…

Сравнительно недавно старые вещи массово выбрасывалось на помойку за ненадобностью. А теперь за этими предметами ушедшего быта гоняются антиквары, и каждая вещь стóит немалых денег.

Ещё непременно упоминаются дворы, дворовые компании — «хорошие и верные товарищи, живущие в соседнем дворе». Коммуналки и дворы — тогда это были места, где проходила социализация не только детей, но и людей более старшего возраста. Там учились жить по общим правилам, осваивали окружающую реальность. И этого тоже теперь нет.

Хорошо или плохо было то, о чём вспоминают люди?

Большинство своё прошлое не оценивают. Они просто разглядывают его в лупу, думая, что оно вряд ли когда-нибудь вернётся.

Вот поэтому о прошлом писать легче, чем о настоящем. Если правдиво описывать настоящее, это могут прочитать живущие рядом, и им наверняка что-то не понравится, и они обидятся на автора. Да и оценки разных событий у разных людей разные. Текучая современность противоречива, и пока никак не является музейным экспонатом. Настоящее, особенно нынешний период пандемии с её неопределённостью, ещё предстоит пережить, и то, что нас ждёт впереди — неясно. Пока только тревога, страхи, раздражение, злость, растерянность… И что мы возьмём с собой из нынешнего бытия в будущее, никто ещё не знает.

Кстати, тексты о событиях личной жизни собирали и собираем не только мы в Социологическом институте. В 1999 году Фонд «Ночлежка» и газета для бездомных «На дне» объявили конкурс «Расскажи свою историю», где просили тех, кто не имеет постоянного жилья, рассказать историю своей жизни и скитаний. По этим материалам была собрана и издана книга (573 страницы), часть биографических текстов опубликовали даже на английском языке. Книга читается как увлекательный роман. И чуть не каждая история могла бы  стать сценарием для кинофильма.

Этот сборник перекликается с «Фунтами лиха в Париже и Лондоне» Джорджа Оруэлла. В той автобиографической повести писатель подробно рассказывал о своём опыте жизни в ночлежках, когда ему, выпускнику Итона, в конце 1920-х — начале 1930-х годов, в силу обстоятельств, пришлось обитать на городском дне.

Эта, по сути, первая книга Оруэлла вышла в 1932 году. И, на мой взгляд социолога, она интереснее знаменитых «Скотного двора» и «1984», потому что в ней скрупулёзно описаны обитатели ночлежек, их быт, образ жизни, чем и на что они кормятся, как зарабатывают, во что одеты, что думают… Есть подробное описание рациона питания в ночлежках (как правило, это чай и несколько ломтей хлеба с маргарином), сколько и что стóит, распорядок жизни и т.д.

Интересно, что главными действующими лицами в ночлежках оруэлловских «Фунтов лиха…» были те же клопы, что и чуть ли не в каждом повествовании наших «Жилищных историй». И причины были те же — результат людской скученности, совместного проживания семей, обладающих разным уровнем доходов, образования и культуры.

Правда, теперь, спустя десятилетия, для российских мемуаристов и эти клопы превратились в своего рода музейный экспонат. Ностальгические воспоминания о том, как травили насекомых всей квартирой, проникнуты подчас ностальгическим умилением.

Кстати, клопы, хоть и не в таком количестве, как когда-то в Ленинграде, встречаются иногда и современных петербургских коммуналках. Так что прошлое полностью, без остатка никогда не заканчивается.

 

Сейчас Социологический  институт РАН собирает материалы для сборника «Дневники эпохи коронавируса». Присылайте свои воспоминания, рассказы, дневники!

Тексты можно направлять в письменном виде на почту по адресу: 190005, Санкт-Петербург, 7-я Красноармейская ул., д. 25/14. Социологический институт РАН, Биографический фонд. Конкурс «Дневники эпохи коронавируса». Или в электронном виде по адресу mneniemass@yandex.ru тема «Дневники эпохи коронавируса».

 

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

один × 2 =