Почему иным студентам нужен статус лиценциата

Экономике требуются специалисты не только высокой, но и весьма средней квалификации. Высшая школа их даёт, даже в избытке. Но учит их так же и столько же, как будущих академиков.

 

— Ну, что вам со мной мучиться? Я человек простой, мне много не надо. Поставьте тройку и разбежимся.

Так заявляют мне многие мои студенты.

Что же будет с этими простыми вузовскими выпускниками? Смогут ли они устроиться в нашей быстротекущей жизни? Думаю — да. Только надо им помочь отыскать своё место.

 

Люди всякие нужны, люди всякие важны. Когда я, на заре туманной молодости, пришёл на завод, то удивился, узнав, что многие инженеры вообще обходятся без дипломов.

Была в те времена на производстве такая категория командного состава — практики. Человек начинал с рабочей специальности и постепенно, умом своим и усердием, выбивался наверх, в инженерно-технические работники. Я сталкивался с такими и узнавал у них многое о немногом. Неплохие специалисты, но — в своём очень узком секторе навыков. Больше, чему уже научились, они не знали и не хотели знать.

В любой специальности — своя иерархия. Младший научный сотрудник, старший научный сотрудник, заведующий сектором, начальник отдела, директор — это в науке. Мастер, начальник участка, начальник цеха, главный специалист (технолог, конструктор, металлург), главный инженер, директор — на производстве. Чем выше ступенька, тем больше требования, тем сложнее на неё вскарабкаться. Но по опыту мы знаем — многие так и остаются на первой ступеньке.

В стране сейчас не хватает квалифицированных специалистов. И тех, кто может выточить сложную деталь, и тех, кто её спроектирует. Слышатся голоса ратующих за возвращение к прежней системе высшей школы. Но спасёт ли этот прыжок назад?

Мы сравниваем советскую высшую школу с болонской и не учитываем при этом реалии окружающего мира. В советские времена отбор/отсев начинался уже в средней школе. Отстающих в науках и поведении по окончании восьмого класса отправляли в ПТУ. Но и далеко не все выпускники десятилетки оказывались на первом курсе вуза. Пять вступительных экзаменов да ещё конкурс аттестатов (среднего балла по профилирующим предметам) — вот горлышко образовательной воронки, в которую проникала едва ли одна пятая часть получивших аттестат зрелости.

Помню, в 1967-м на наш физмех Ленинградского политехнического института конкурс был 3,2 человека на место. А были вузы и факультеты, где конкурс достигал 20 и более абитуриентов на место.

Сейчас же — как свидетельствуют социологи— четыре пятых выпускников школ отправляются попытать счастья на высшем уровне обучения. И это, в общем, неплохо. Даже хорошо. Зачем сразу ограничивать возможности человека, тем более что можно учиться и за свои деньги, а чаще — за деньги родителей. Наш мир — многовекторный, и не надо вводить ограничений больше, чем намечено самой Природой.

Однако уже на втором курсе многие студенты начинают понимать, что Природа вступает в свои права, что корень учения горек и твёрд, а собственные способности не дотягивают до своих же амбиций.

«Высшая школа — процесс отбора», — такую мысль высказал сценарист и философ Жан-Луи Карьер, беседуя с филологом и беллетристом Умберто Эко. Их диалог записан и опубликован под заголовком: «Не надейтесь избавиться от книг».

Книги — едва ли не важнейший фактор высшего образования, точнее — умение их читать и понимать. Именно об этом фантастическая повесть «Профессия», автор которой — Айзек Азимов — рассказывает, как устроен мир, где люди отучились читать.

Представим себе ситуацию, о которой мечтает большинство студентов прошлого, нынешнего и будущего. Людей обучают почти моментальным воздействием на некоторые отделы головного мозга. Приходит семилетний малыш в некое учреждение, садится в кресло, разрешает докторам надеть ему на голову приспособление в виде шлема. И — через несколько минут он уже способен различить буквы в табличке, пришпиленной к стенке.

А лет через десять он приходит в это учреждение снова, но уже за профессией. Его тестируют и определяют — к какой деятельности он больше всего пригоден. Надевают шлем, и — wow!!! — он уже дипломированный специалист — инженер, сварщик, архитектор, токарь, пилот… Красиво и экономно.

Проблема лишь в том, что эти люди не способны узнать больше, чем было заложено в них изначально.

Один из персонажей повести Азимова участвует в конкурсе, желая занять доходное место. Он — сварщик и знает, что ему предложат определить неисправность прибора, который ему не знаком. Ну, не было этого прибора в том чемодане навыков, который ему поместили в голову. А учиться он не привык и самостоятельно разобраться в инструкции не способен.

Те  временем приятель его, герой повести, поначалу вообще остаётся без всякой профессии. Ему говорят, что он ни к чему не пригоден, что он слабоумный. Как же, возражает парнишка, я читал книги и знаю, кем хочу быть. Его как будто не слышат и отправляют в специальное закрытое учреждение…

И только спустя несколько лет, пережив много перипетий, Джордж Плейтен узнаёт, что он не только не слабоумный, но  и — надежда Земли в этом упорядоченно устроенном мире. Он — тот, кто способен учиться, кто способен открывать и создавать новое.

Штамповка специалистов — дело зряшное. Ну, увеличим мы количество лет обучения в высшей школе, и что? Сейчас студенты не учатся четыре года, потом не будут учиться пять.

Нет таких приборов, которые могли бы заранее предсказать назначение индивида в нынешнем обществе. Думаю, они вообще невозможны и, более того, не нужны. Их вполне заменяет сложившаяся система профессионального обучения. У нас есть три школьных этапа — начальная школа, средняя и высшая. По современным законам, все должны получить среднее образование. О том, что есть люди, которым и это весьма затруднительно, я сейчас говорить не буду. Речь — о школе высшей.

Главная проблема в том, чтобы дать человеку узнать и понять — в чём он силён, а что ему, пожалуй, не дано. Этой цели и может послужить новая система высшей школы — 2+2+2.

Юноши и девушки поступают в высшую школу — этот процесс сейчас не слишком сложный. Но беда в том, что — обманчиво несложный. Ворота распахнуты почти настежь, а потом оказывается, что заметная часть студентов не справляются с требованиями.

Это проблема не только российская и не только нынешнего дня. Вспоминаю ещё одно произведение — роман Кингсли Эмиса «Счастливчик Джим». Герой — молодой преподаватель британского университета середины 1950-х годов. Как всякий неофит, он настроен весьма решительно и заявляет профессору кафедры, что таким-то студентам нельзя давать диплом. Старший товарищ объясняет новичку, что их просто съест министерство. Оно столько лет платило за их обучение, а теперь выясняется, что деньги потрачены зря.

Примерно в том же положении оказываются сегодня родители наших студентов. Они платили два года, а теперь оказывается, что траты были бессмысленны. Посему студент — обречён учиться дальше. Его будут тащить до самого конца бакалавриата, перебрасывая с курса на курс. Сможет ответить — какого цвета был белый конь Александра Македонского — получит заветный трояк. Он же человек простой, ему больше ничего и не нужно. Разве что университетские корочки.

Однако, если будет введено ещё и звание лиценциата, как во Франции или Германии, ситуация станет более ясной. Экономике нужны специалисты разного уровня. Нет смысла заставлять человека лезть на более высокую ступеньку, если он не тянет, не «сечёт», как говорили мы в Политехе.

Кстати, сын моих знакомых ушёл из университета после второго курса. Он айтишник, учился в Штатах. Не в Лиге плюща, но в достаточно хорошем вузе. И вдруг заявил, что большего ему преподаватели дать не могут, всё, что ему нужно, он уже получил. Ушёл и работает в компании по разработке компьютерных игр. Неплохо зарабатывает и радуется жизни.

Другое дело, что если он захочет чего-то большего, ему всё равно придётся учиться. Ну, а если он человек простой, то вполне просуществует и так.

Современный руководитель производства должен защитить магистерскую по своей специальности. А потом ещё ему потребуется магистратура по экономике. А дальше и магистратура по управлению персоналом. Однако в любой профессии необходимы специалисты разного уровня. У кого-то потолок — мастер в цехе, у кого-то — директор завода, а кто-то может ведь и стать депутатом, а потом предписывать миру законы, в том числе о высшем образовании…

Современное общество устроено сложнейшим образом. Чтобы забраться на высшие ступеньки в его иерархии, надо пахать, пахать и пахать и при этом обязательно иметь светлую голову. Но и тот, кто согласен остановиться в начале лестницы, тоже достойный член социума. Надо только помочь ему отыскать нужное место.

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

один + 3 =