Лига чемпионов «Спартака»

После распада СССР канул в Лету и союзный чемпионат по футболу. А российский болельщик долго искал «своих» в окружающем мире спорта.

Что случилось? С сентября по декабрь 1995 года московский «Спартак» установил рекорд Лиги Чемпионов по футболу, который не могли повторить много лет — выиграл все шесть матчей группового турнира.

Критики говорили, что группа у москвичей была так себе — польская «Легия», норвежский «Русенборг». И только чемпион Англии «Блэкберн Роверс» с метким бомбардиром Аланом Ширером выглядел опасным соперником. Но «Спартак» в первом же туре хлопнул англичан (1:0) на их поле, пока ещё никто не разобрался, кто настоящий фаворит группы.

Дело было не только в результате, российский клуб играл в симпатичный футбол — стеночки, забегания, дриблинг.

А дальше? «Спартак» выиграл Лигу? Нет. Главный клубный турнир Европы возобновился по весне, и москвичи в четвертьфинале вылетели от «Нанта» (0:2, 2:2). В зимнее трансферное окно из «Спартака» уехали за границу вратарь Станислав Черчесов, защитники Василий Кульков и Виктор Онопко, нападающие Николай Писарев и Сергей Юран, завершил карьеру ветеран Сергей Родионов.

А в чем тогда достижение? Дошли до четвертьфинала? «Спартак» вообще никогда не выигрывал еврокубки — среди российских клубов это удавалось только «Зениту» и ЦСКА в 2000-е. Но сам факт, что «Спартак» в 1990-е годы «шумел» в Европе, обыгрывая «Реал», «Ливерпуль» и «Аякс», был чудом, если знать, в каком состоянии пребывал постсоветский футбол.

В «Спартаке» не то что не было иностранных легионеров (за исключением украинца или таджика), без которых немыслим топ-клуб, — весь годовой бюджет не превышал 10-14 миллионов долларов. В Европе это цена одного хорошего игрока. Правда, любого футболиста из стран СНГ в «Спартак» могли забрать, как детдомовца в семью, просто поманив пальцем. А тренер москвичей Олег Романцев умел выбирать таланты.

«Спартак» был самым богатым российским клубом только за счёт продажи «звёзд» и призовых за участие в Лиге Чемпионов. Бюджетных денег не было ни копейки, а спонсор «Уренгойгазпром» выделял в год примерно миллион баксов. Но не живыми деньгами, а газовым конденсатом, который клуб сам же продавал. Торговля шарфами и футболками мало что приносила из-за распространения контрафакта, а за телетрансляции в начале 1990-х клубы не получали даже копейки. Наоборот, каналы предлагали заплатить им, чтобы матч той или иной команды показали.

Как вспоминают авторы Sports.ru, никакой стратегии работы со спонсорами не существовало — всё решалось стихийно и бессистемно. Профсоюзы ушли из спорта, и все заводские команды остались без финансирования. Даже РФС приходилось крутиться, чтобы вывезти сборную на Евро. «Динамо» собирало на своем стадионе концерты Майкла Джексона или Deep Purple, каждый из которых сопоставим по прибыли с продажей средненького игрока. В ЦСКА место военных заняли чеченцы, рулившие вещевым рынком около ЛФК. Теневым владельцем армейцев в 1990-х называют Русланбека Хусаинова, который ездил на 15 бронированных «Мерседесах», а с игроками общался красиво:

— Если завтра проиграете, отправлю в горы к Басаеву. Будете воевать.

Вряд ли Хусаинов был всерьёз как-то связан с Басаевым, но мотивировать он умел. В качестве пряника игрокам платили подъёмные — примерно 100 тысяч долларов.

Бескрайние вещевые рынки, а не крупные компании были главными спонсорами российского футбола. «Торпедо» финансировалось «Лужниками», а в «Локомотив» вкладывался Черкизон. Защитник «Локо» Юрий Дроздов рассказывал, что за чемпионство-2002 игроки получили по 30 тысяч долларов:

— И то не сразу, а частями. Когда долларами платили, когда потрёпанными рублями прямо с Черкизовского рынка.

Кто-то смог отобрать у великого «Спартака» звание чемпиона России? В 1990-е это лишь однажды удалось «Алании» из Владикавказа. Как раз в 1995 году, когда «Спартак» блистал в Лиге Чемпионов.

В то время Северная Осетия превратилась в главный водочный завод страны. Через грузинские порты в республику шёл дешёвый американский спирт «Роял», из которого делали недорогую водку. Катали как в громадных цехах, так и во дворах, в сараях или просто дома. Вчерашние пролетарии в одночасье богатели, становясь «водочниками». Девушки мечтали выйти за них замуж, мальчики — открыть собственный цех.

А президент Северной Осетии Ахсарбек Галазов очень любил футбол и, как поговаривали, ввёл для бизнеса неофициальный налог — на «Аланию». Правда, на выборах 1996-го поборы на футбол стали одной из главных причин поражения Галазова, а новый президент Александр Дзасохов к «Алании» оказался равнодушен.

Но после 1995 года чемпионат России стал потихоньку возвращаться на телевидение.

Получается, первую половину 1990-х страна прожила почти без футбола? Ничего подобного, все эти годы россияне привыкали смотреть футбол зарубежный. Полные матчи «Барселоны», «Милана» или «Манчестер Юнайтед» было проще увидеть по ТВ, чем «Зенит» или «Ротор».

Для нашего болельщика, привыкшего втапливать за парней из своего города, которых вечером можно встретить на улице, это была колоссальная ломка. Легионеры из другого города воспринимались настороженно, а тут даже российские клубы стали приобретать игроков из «дальнего зарубежья». В 1994 году «Локомотив» из Нижнего Новгорода по дешёвке купил двух «пляжных» бразильцев, которые творили с мячом всевозможные фокусы, но, как оказалось, редко играли в футбол на больших полях. А в «Спартаке» в 2000-е зажигали африканцы: один бросал кости под кровать, другой устраивал туалет в самых неожиданных местах – он так привык. «Крылья Советов» получили двух рабов из Северной Кореи, вся зарплата которых уходила в Пхеньян.

Тем не менее, уже в 2000-е болельщик стал иным. У всех клубов Премьер-лиги появились фанаты, организованные на европейский манер, но с русской изюминкой.

Болельщик ЦСКА проник на трибуну «Спартака» и запустил баннер «Е…. «Спартак», который весь сектор держал несколько минут.

Четверо спартаковцев пошли на матч из Москвы в Ярославль пешком, дошёл только один. «Мясной» фанат небольшого роста гонял на выезды в Европу, не имея денег и загранпаспорта — его проносили в сумках и чемоданах, прятали в туалетах и багажных боксах.

Зенитовские болельщики на старой «Хонде» доехали от Питера до Владивостока. Машину потом выкупили и доставили обратно в Петербург — как экспонат будущего музея фанатского движения.

Ещё недавно девушке сходить на футбол в России было не менее стрёмно, чем в исламской стране: мат, семечки, простые мужские эмоции… Но вот уже от красавиц «в цветах» не протолкнуться на фанатской трибуне «Локомотива», за который в начале 2000-х играли смазливые «русские бекхэмы» — Сычев, Измайлов, Билялетдинов. Противники «Локо» от зависти заряжали: «Ваши ультрас — это пилотки!».

Кто герой? Комментатор НТВ 23-летний Василий Уткин. Нельзя сказать, что он в одиночку изменил язык футбольного репортажа, но дерзкий широколицый Уткин оказался самым ярким персонажем в спортивной редакции частного телеканала, купившего права на показ Лиги Чемпионов и запустившего платный спутниковый контент «НТВ-плюс».

Уткин легко мог начать обзорную программу так:

— Сегодня вы увидите матчи чемпионата России, от которых зависело распределение мест на пьедестале, в зоне УЕФА и зоне вылета — кстати, это очень разные зоны, каждая требует своего Солженицына.

В Советском Союзе маститые комментаторы вроде Владимира Перетурина просто озвучивали картинку, а филолог Уткин выгибался:

— Мяч балансировал на грани реальности и представлений.

У него был образ симпатичного хулигана в духе героев Квентина Тарантино, и он стал для спортивной журналистики тем же, чем Comedy Club станет для индустрии юмора и сатиры среди молодёжи — пришёл, увидел и разогнал болото, оккупированное старыми сонными жабами.

Однажды Уткин выходил из дома, и к нему подбежал очередной поклонник, похлопал по спине и убежал. Комментатор продолжил свой путь, пока прохожий не сообщил, что из его спины торчит заточка. К счастью, Уткин не обладал спортивным телосложением и достать жизненно важные органы оружию не светило.

— Ты вырезку хоть раз ел? Вот тебе в вырезку и попали, — объяснил врач.

Относительно легко перенеся этот инцидент, журналист не утратил чувства юмора:

— Как жаль, что заканчивается этот тайм. Но я узнавал — будет второй.

Уткин стал важным маркёром, обозначившим, что со страной в 2010-е стало происходить что-то не то. Спортивные редакции телеканалов, уже ставших поголовно государственными, объединили в вертикаль под названием «Матч ТВ». Там комментаторам раздавали длинные списки «стоп-слов», на фоне которых возможностей импровизировать немного. Богоравному Уткину, использовавшему глагол «обезмячить», места на «Матч ТВ», понятно, не нашлось, и даже на домашнем чемпионате мира 2018 года он отработал на Первом канале всего одну игру. По слухам, из-за поста об известном оппозиционере. Колесо кармы снова провернулось:

— Вы думали, мы тут в футбол играем? А мы тут жизнь живём!

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

16 − один =