«Бандиты сожгли ментов»

В 1999 году трагедия в Самаре показала, как выглядит общество, лишённое важного противовеса. К сожалению, это не стало поводом беречь несовершенную демократию от политиков с «сильной рукой».

Что случилось? 10 февраля 1999 года в результате пожара полностью сгорело здание Главного управления внутренних дел Самарской области, погибли 57 человек.

Это пятиэтажное строение, возведённое ещё в 1936-м, имело деревянные перекрытия и межпотолочные пустоты, заполненные сухим тополиным пухом, которые копились там годами. Огонь распространялся с огромной скоростью, многие кабинеты оказались отрезанными от главной лестницы, а выходы в торцах здания заперты. Большинство окон нижних этажей были забраны решетками.

Очевидцы трагедии рассказывают, что видели, как на подоконник выползла девушка с вытекшими от высокой температуры глазами и сорвалась вниз. Другая женщина пыталась спастись на карнизе здания, но ее сбил падавший с четвертого этажа мужчина. Погибли оба. Тела упавших не успевали убирать, многие приземлялись на трупы товарищей.

Из горящего здания доносились страшные вопли, а снизу им вторили успевшие собраться родственники, в том числе дети горящих заживо милиционеров. Экспертно-криминалистический отдел, находившийся на последнем этаже здания, потерял в этом огненном смерче более трети сотрудников.

Некоторые сотрудники вели себя очень мужественно. Из здания вынесли знамя УВД и вывели заключённых следственного изолятора, из которых не погиб ни один. Майор Кулагин пытался спуститься из окна по связанной узлами одежде, но сорвался вниз, сломав при падении позвоночник. Тем не менее, майор бросился обратно в здание и спас девять человек. Другой офицер не поддался всеобщей панике, выбрался на карниз и в течение 20 минут дожидался пожарной лестницы.

На следующий день один оперативник с сильнейшими ожогами сбежал из больницы — он вспомнил, что в его сейфе находится 10 килограммов тротила — к счастью, взрывчатка хранилась без детонаторов.

Что показало расследование? Официально считается, что пожар возник из-за непотушенного окурка. Но область полнилась слухами, что ГУВД сожгли бандиты, пострадавшие в результате операции «Циклон» на АвтоВАЗе. А материалы возбуждённых против них уголовных дел хранились как раз в ГУВД.

Некоторые сотрудники говорили, что видели два, а то и три очага возгорания в разных частях здания. Однако камеры видеонаблюдения на соседнем здании ФСБ ничего подобного не зафиксировали.

Значит, версия с поджогом не нашла подтверждения? Создаётся впечатление, что и федеральному МВД выгоднее было считать произошедшее дикой случайностью, а не разгромом в битве с криминалом.

За кадром официальных новостей остались многие факты. Не афишировали, что 13 января в центре Тольятти на улице Калинина,75, сгорел секретный оперативно-поисковый отдел местного УВД. Вместе со зданием уничтожены материалы оперативных разработок по братве, которые вот-вот могли стать основой уголовных дел, — уже планировались первые задержания. А за три дня до пожара в УВД Самары привезли из Тольятти 3 мешка с уголовными делами по АвтоВАЗу.

Было ли известно местным бандитам о слабой противопожарной защите штаб-квартиры УВД? Видимо, да.

В конце 1997-го при обыске на квартире у одного авторитета нашли компьютерную базу данных на весь личный состав УВД — домашние адреса, состав семьи, знакомства, кто с кем пьёт и спит… В сравнении с этим узнать особенности старого здания — пара пустяков.

Поджигатели (если они были), может, и не хотели столько жертв, но сами милиционеры относились к своей безопасности халатно. При проведении учебной тревоги опера, сидевшие в здании самарского УВД, не только не двигались со своих мест, но и посылали пожарных по матушке далеко за горизонт. Из 42 недостатков в противопожарной системе, выявленных при последней проверке, исправлено было только пять. Когда начался реальный пожар, многие сотрудники снова никак не отреагировали на сирену. А их припаркованные в неположенных местах автомобили осложнили работу пожарным.

Пожарная служба финансировалась по остаточному принципу. За год до трагедии её сократили на 300 человек по всей области. Брезентовых полотнищ у пожарных не было (слишком дорого стоят), а большинство лестниц не доставали до четвертого этажа…

В первые дни после пожара в Самарской области возник хаос, на фоне которого население увидело, как выглядит жизнь без милиции — пусть коррумпированной и равнодушной. Количество грабежей и разбоев выросло в разы. Уцелевшим операм, которые по памяти восстанавливали архивы, сыпались угрозы. Неизвестные обнесли налоговую инспекцию Автозаводского района, где зарегистрированы участники рынка вокруг АвтоВАЗа. В разгар рабочего дня из окна 21-го этажа администрации автогиганта выбросился помощник вице-президента Юрий Королюков, которым интересовалась Генпрокуратура. В день похорон погибших при пожаре кто-то позвонил и сказал, что кладбище заминировано.

«Бандиты и менты — это одна экосистема. Для нас славно, когда они заняты друг другом. Но стоит одному из этих отрядов утратить хватку, как равновесие нарушается, победитель мутирует и начинает нападать на всех подряд», — писал в те дни прозревший журналист Виктор Старцев.

Но мечтавшее о «сильной руке» население часто не понимало, что по такому же принципу устроена вся общественно-политическая система. Президент, Дума, сенаторы, губернаторы, журналисты, общественность образуют чрезвычайно сложный механизм. Но благодаря встроенным в него противовесам (например, коммунистическая Дума не даёт Центробанку и правительству печатать необеспеченные деньги и отменить социальные льготы) страна потихоньку дрейфует к узкому коридору между деспотией и анархией. А сосредоточенная в одних руках власть скорее приведёт к многолетней стагнации.

 

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

девять + 4 =