Когда сбываются предсказания…

Владимир Соболь
Апрель09/ 2024

Если приходится перерабатывать огромные массивы данных, может быть, стóит хотя бы иногда отвлечься от чисел и довериться интуиции? Поэты порой точнее прозревают будущее, чем технари.

«…Пошёл прямо к двадцатиэтажному кораблю, который стоял среди половодья огней на фоне бледнеющего неба, такой величественный и неподвижно-громадный, будто и вправду был непобедимым».

Так заканчивается «Непобедимый», один из романов Станислава Лема. Я вспомнил его, когда читал очередной материал о современной военной технике…

Четверть века назад я бы и представить не мог, что буду с любопытством читать сравнения ТТД (тактико-технических данных) различного рода агрегатов, предназначенных для сокращения рода человеческого. Но tempora mutantur… Времена меняются, и нам приходится бежать с веком наравне.

Оказывается, если верить автору поста, что ни один танк, который рекламирует ангажированная пресса, не является чудо-оружием. Ни наш, ни штатовский, ни британский. Их даже нельзя близко подпускать к ЛБС (линии боевого соприкосновения). Пусть себе катаются на парадах и радуют сердца инженеров, политиков и генералов. Что же касается практического применения, то экономисты решительно протестуют. Простая, знаете ли, арифметика — изумительная игрушка стоит миллионы долларов, а уничтожить её может даже бескрылая птичка, которая обошлась эдак примерно в тысячу зелёных рубликов.

Генералы всегда готовятся к прошедшей войне. Эту сентенцию приписывают Уинстону Черчиллю. В начале Второй мировой ждали позиционных сражений, потом увидели на поле боя армады бронированных чудищ.

Низкогрудый, плоскодонный,

Отягчённый сам собой,

С пушкой, в душу наведённой,

Страшен танк, идущий в бой…

Так Александр Твардовский описывал впечатления Васи Тёркина, пехотинца Великой Отечественной. Кстати, именно сэр Уинстон во время Первой мировой ратовал за производство механизмов, которые могли преодолевать многорядные укрепления, сплетённые из колючей проволоки.

Вообще-то возможности танковых корпусов предсказывали ещё в 1930-е годы — немец Гудериан, француз де Голль, русский Тухачевский. Но — даже врач не лечит знающих его. Впрочем, в Германии, к нашему сожалению, Гудериана послушали…

И вдруг оказалось, что не так уж танк и страшен, как его старательно красили.

Первая весточка прилетела из-за Кавказских гор. Во время конфликта трёхлетней давности вдруг начали приходить сообщения о неких коптерах. Маленьких аппаратиках, которые умудрялись уничтожать огромнейшие бронированные машины. Да кто бы мог подумать об этом раньше! Даже подумать! Вообразить!..

А думать вообще-то надо. Как бы ни было это больно и трудно.

Лет эдак … дцать тому назад подвизался я в бюро управления качеством в одном из производственных объединений Ленинграда. Большое было предприятие — два конструкторских бюро, три завода. Производило оно машины для лёгкой промышленности. Работа начиналась с ТЗ (технического задания), а заканчивалась даже не опытным образцом, а рабочим. Огромной машиной, которая занимала целый цех. Понятное дело, что строился этот агрегат не один год — восемь лет, насколько я помню.

Мы же, в нашем бюро, разрабатывали СТП — стандарты предприятия. Система этих бумажек и должна была обеспечить качество продукции.

Одним из самых сложных документов оказался именно регламент разработки новой техники. Проблема крылась в длительности цикла изготовления. Наши конструкторы ещё на стадии разработки ТЗ обязаны были заложить в будущий агрегат параметры, которые будут востребованы много лет спустя. Нужно было продумать будущую технику так, чтобы она не устарела к моменту начала работы. А ещё лучше — опережала мировые тенденции.

Такая задача оказалась, увы, непосильной. Люди привыкли «давать железо», причём вчера, а их просили анализировать графики и таблицы. Нужно было думать с опережением, что для большинства заводских инженеров оказалось непосильной задачей.

Итог печален — нет уже больше этого объединения, а на месте бывших заводов стоят бизнес-центры и жилые кварталы.

Причём же здесь польский фантаст? — спросите вы. Да притом, что он-то и сумел спрогнозировать развитие военной техники. Без численных таблиц, статистических методов и тому подобных атрибутов рационального мышления. Одной интуицией пан Станислав умудрился создать картину будущих войн.

Позволю себе напомнить фабулу книги. Звездолёт «Непобедимый» высаживается на планете Регис II , в глухом уголке Вселенной, где год назад пропал космический крейсер того же класса. Повествование идёт от третьего лица, но через ощущения и мысли Рогана, заместителя командира.

Экипаж «Непобедимого» находит пропавший корабль. Корпус практически невредим, а команда — мертва. Космонавты разрешают эту загадку, но ценой ментального здоровья почти половины своего экипажа.

Оказывается, на этой планете в незапамятные времена бушевала война, развязанная чужой цивилизацией, давно уже исчезнувшей в межзвёздном пространстве. Боевые действия вели не разумные существа, а созданные ими механические устройства. И в процессе страшных коллизий на внеземной ЛБС техника развивалась самостоятельно. Одна сторона пошла по пути усложнения агрегатов. Другая, напротив, пустилась в минимизацию. И выиграла невероятную битву.

Механическая цивилизация на Регисе III оказалась агломерацией миниатюрных устройств. Именно она и правила планетой, уничтожая все другие возможные формы жизни. В том числе и землян.

Малюсенькие металлические механизмы собирались по необходимости в огромный рой, который генерировал электромагнитные поля сумасшедшей мощности. Они стирали у человеков все универсальные и технические навыки, отбрасывая тренированных мужчин на уровень новорождённого. Они даже вывели из строя боевую машину «Непобедимого», которая, казалось, сама могла аннигилировать всю планету. «Послать за чем-нибудь “Циклопа” — это, по понятиям астронавтов было всё равно, что дать задание дьяволу; никто не слыхал, чтобы такая машина потерпела поражение…». Но механическая мошкá одолела и этого чудовищного противника.

В финальном эпизоде романа Роган отправляется на поиски пропавших друзей. Четверо беспомощных заблудились в горных ущельях, над которыми и парят механические микро-убийцы. Роган идёт пешком, один и без оружия. Вездеход только довозит его до места старта. Единственное, чем смогли снабдить разведчика умельцы «Непобедимого», — экран из проволоки, который генерирует хаотические импульсы. Мошкá должна поверить, что этот тип уже отработан ею и побеждён…

Задача, которую Координатор поставил перед своим помощником, сугубо этическая. Механический рой готов пожертвовать любой своей частью ради победы целого. А земляне не могут улететь, не узнав, что случилось хотя бы с одним членом своей команды. Между прочим, одного пропавшего Роган всё-таки не отыскал. Может быть, это намёк, который Лем бросает читателю?..

Астронавт возвращается к друзьям, к своему кораблю, который гордо возвышается над пустыней, словно он и в самом деле выиграл эту схватку.

Да, роман написан в начале 1960-х. Да, многие реалии будущего, выписанные Лемом, кажутся сегодня наивными. Кипы фотографий, телевизионные ретрансляторы, электронный мозг, позитронные эмиттеры… И страшная боевая машина землян снабжена оружием не таким уж мощным по прикидкам наших дней. Но главное в этой книге — прозрение писателя, предсказавшего будущие схватки на полях грядущих сражений. Огромные машины, многотонные и многосильные чудовища, пыхтящие отработанной соляркой, перемалывающие гусеничными траками километры раскисшего чернозёма, оказываются беззащитными перед малюсенькими коптерами, взлетающими чуть ли не с ладони наземного оператора.

А ещё, подсказывает нам Лем, главное в любом деле всё-таки человек. Никакие искусственные создания не смогут дойти к цели помимо нас. «Циклоп не смог пробиться в ущелье». А Роган — прошёл, увидел, узнал и вернулся.

 

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

двадцать + один =