Кто сказал, что медицина — сфера услуг?

Татьяна Дурасова
Апрель06/ 2020

Ну вот, всё встало на свои места. Мы вдруг поняли, кто истинные герои наших дней. Это — не шоумены, не политики, не миллионеры, гоняющие мяч по полю, а скромные врачи и медсёстры.

Это те самые медики, которые, не говоря громких слов, исполняют своё обычное дело. Только дело это, оказывается, связано со смертельным риском. И не было ни одного случая, чтобы кто-нибудь сказал: «Нет, я не согласен работать в таких условиях». Входя в больничную палату, отправляясь по вызову, они, в сущности, — те же герои, что в войну ложились на пулемёт, спасая жизнь другим. У нас словно впервые открылись глаза на смысл работы медика.

Однако нельзя вычеркнуть из памяти и другое. Ещё совсем недавно в их сторону летели только камни. Как будто они виноваты во всех социальных бедах, постигших наше общество. Идёт бездарная перестройка (а точнее — ломка) системы здравоохранения под названием «оптимизация» — негодование обрушивается не на инициаторов и вдохновителей разрушения, а на врачей. Их избивают в приёмном покое больниц. Нападают с ножом. Не пропускают к больным машины «Скорой помощи».

Горючий материал в этот костёр недоброжелательства усердно подбрасывали средства массовой информации, особенно телевидение. Вспомните, как «Прямой эфир» рисовал образ «убийцы в белом халате» на своих ток-шоу. Дважды я писала в газетах о том, что недопустимо линчевание врачей, честно исполнивших свой долг, но не сумевших спасти пациента. Высокий рейтинг передач был для дельцов от телевидения важнее, чем этические соображения. Врачей торопились отдать на растерзание невежественным участникам шоу, не дождавшись выводов профессиональной экспертизы. Позднее действия врачей признавались безупречными. Но никто не приносил им извинений за оскорбление на всю страну.

И сегодня находится под домашним арестом неонатолог Элина Сушкевич. Её профессиональная обязанность — выхаживать глубоко недоношенных младенцев с критически малой массой тела, с разными пороками внутриутробного развития. Обвиняется в сознательном убийстве новорождённого. Неонатологи всей страны волнуются: уже сколько месяцев длится следствие. Все понимают незащищённость врача, имеющего дело с пациентами, которых трудно вырвать у смерти.

А возможны ведь и врачебные ошибки. Стало хорошим тоном непререкаемо утверждать: «Врач не имеет права ошибаться». Но врач — человек, а не Бог. Ошибиться может и самый умный, и самый знающий. Ошибка случается и от состояния медицинской науки, и от парадоксального течения болезни, и от недостатка опыта. Отнимать право на ошибку — значит, обрекать врача на бездействие в тех случаях, когда только риск может спасти больного. Вспомним слова Пушкина: «…Опыт, сын ошибок трудных…».

Ведущий одной из телепередач оборвал врача, заикнувшегося о невозможности исключить всякие ошибки:

— Надо действовать по протоколу.

Но протокол регламентирует лечение. А ошибки возникают чаще всего на стадии диагностики.

…Отношение государства и общества к медикам должно измениться. Независимо от эпидемии. Просто эпидемия заставила нас прозреть и понять, чем врач является для каждого из нас. А кончится она — боюсь, опять вернётся то потребительское отношение к медицине как к сфере услуг, которое установились у нас вместе с «оптимизацией» здравоохранения. Что нам дала эта оптимизация? Только то, что мерилом работы медицинского учреждения стал рубль, а не качество лечения. Глубоко порочный принцип.

Не потому ли экономические службы этих самых учреждений при каждом новом сообщении о грядущем повышении зарплаты врачам ухитряются принять контрмеры, при которых реальный заработок медиков становится меньше?

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

5 × 5 =