Маргарита Черногорова: «Качество жизни пожилых — это качество государства» | Мозгократия
 

Маргарита Черногорова: «Качество жизни пожилых — это качество государства»

Светлана Белоусова
Сентябрь17/ 2018

В Эстонии каждый третий пенсионер вынужден работать. Из-за этого развернулась острая дискуссия о повышении пенсий. Рассказывает Маргарита Черногорова, депутат Таллинского городского собрания. 

 

— Маргарита Генриховнав Эстонии одни требуют: надо срочно выводить пожилых людей из состояния нищеты, в котором они живут! Другие, оперируя цифрами, доказывают: это утопическая идея, в стране на это нет денег!.. 

— Вы хотите услышать моё мнение? Скажу так: сейчас празднуется 100-летие Эстонской республики, и, если оставить в стороне историю, нужно, наверное, говорить о результатах, к которым мы пришли. 

Итак, Эстония — член ООН, ЕС, НАТО. Это наши достижения на международной арене. А что мы имеем внутри страны? 

 Массу проблем…  

— Верно. Но давайте сначала разберёмся, для чего нам вообще нужно государство? В любой стране главная его задача — обеспечение благосостояния народа. Причём один из показателей благополучия — жизнь наших стариков. Более того, качество жизни пожилых — это показатель качества государства. 

 Вообще-то, поскольку в Эстонии значительно увеличилась продолжительность жизни, можно говорить о том, что пожилым живётся не так плохо. 

— Да, теперь у нас возраст за 75 и за 80 лет — не редкость, немало прабабушек, правнуки которых уже ходят в школу. Люди живут дольше, потому что улучшились условия труда, медобслуживание, вырос бытовой комфорт, и это достояние нашей жизни! Но возникли новые проблемы, прежде всего материальной обеспеченности пожилых людей. И выясняется, что мы фактически не знаем — или не хотим знать? —  истинного положения наших пенсионеров. 

 Как это  «не знаем»Вы ведь каждый день с ними общаетесь и хорошо видитекак непросто им сводить концы с концами. 

— Это так. Но нужна ещё статистика. Мы, конечно, знаем численность пенсионеров в стране, их средний возраст… Но мы должны чётко понимать, сколько среди них этнических эстонцев, русских, украинцев, белорусов и т.д. Это поможет увидеть разницу в их положении. 

 Вы имеете в виду разницу в материальном достатке? 

— Давайте начнём с политического неравенства. Первая категория — граждане по рождению, что в наших условиях является подарком судьбы. Вторая — граждане по национальности, ограниченные в возможности передать свой статус детям и внукам (я, например, из этой категории). И третья — люди, получившие эстонские паспорта, прожив установленный законом срок по временному виду на жительство и сдав экзамен, на что уходит в среднем пять-семь лет. Только вдумайтесь: годы потерянного старта! Семь фактически отнятых у человека лет, которые он не мог использовать для участия в общественной и политической жизни или просто получить работу на госслужбе. 

А ведь, кроме того, есть немалая группа эстоноземельцев. На нашей территории постоянно живут те, кто имеет паспорта России, Украины, других стран. Они получают пенсии и все предусмотренные государством пособия — мы никого не обижаем. Вопрос лишь в том, какую зарплату они получают, а значит, и какую пенсию получат в преклонном возрасте. 

— Ещё одна категория людей — наши серопаспортники. Это вообще ничьи люди, на их паспортах так и написано: «чужой». И вновь возникают вопросы: какое у них образование? Возраст? Пол? Чем они занимаются и какую, состарившись, получают пенсию?  

Не берусь утверждать, но, серьёзно занимаясь социальными проблемами, могу предположить: именно российские граждане и серопаспортники создают у нас старческую бедность. Объясню почему. Эти люди не получают надлежащего образования, заняты на малооплачиваемой работе, в конечном итоге они не в состоянии получить гражданство и поэтому остаются на низшей ступени… 

 Если я правильно поняла, в Эстонии вообще нет статистических данных о серопаспортниках? 

— Вот именно! А если бы мы их имели, то могли бы сказать, каковы итоги деятельности государства в обеспечении благосостояния всех жителей Эстонии.  

— Но, может, всё скоро переменитсяведь зарплаты так или иначе повышаются да и в случае необходимости получить пособие вполне возможно. 

— Несколько моих знакомых недавно начали получать пенсии, но ни один не бросил работу. И это вынужденная необходимость. Пенсия учителя — 425 евро — не обеспечивает достойного образа жизни.  

К слову, моя знакомая, которая до 70 лет работала бухгалтером, недавно написала, что осталась без работы, и это стало для неё настоящим ужасом. Она получает теперь только третью часть дохода, который у неё был раньше, никак не может к этому привыкнуть и не видит для себя никаких перспектив. 

 Но не может же человек работать до гробовой доски! Рано или поздно, ему придётся уволиться  

— После чего он станет постоянным посетителем наших социальных отделов. Пособий там — вы правильно заметили — выдаётся много, но они совсем небольшие, рассчитаны на единовременную поддержку. Среди тех, кто обращается ко мне с жалобами, была женщина, которая за год получила в своём соцотделе 24 пособия, но это лишь чуть больше 400 евро.  

Вспомните старые понятия, о которых сейчас не принято говорить. Что такое относительная и абсолютная бедность. Относительная — это когда у человека на что-то не хватает. Хорошего, разумеется, в этом мало, но ведь есть ещё абсолютная бедность. Некоторые из эстонских стариков вышли на пенсию 20-30 лет назад, и у них за это время накопилась масса проблем. Надо заменить кухонную плиту, сантехнику, оконные рамы, прогорели сковородки, разбилась посуда, протёрлись ковры… Я сама когда-то наивно полагала, что перед уходом на пенсию что-то куплю, сделаю ремонт и буду сидеть спокойно. Но потом поняла — больше десяти лет без замены самых необходимых вещей не просидишь. И что делать человеку, если он годами получает 300, пусть даже 400 евро? 

— Если нет родных, которые способны помочь, — беда. 

— Государство должно решить вопрос так, чтобы пенсия обеспечивала хотя бы жизненный минимум. Кстати, сейчас Европарламент предлагает установить определённые социальные стандарты, и мы просто обязаны к этому идти!   

— В Эстонии и сегодня есть люди, чья пенсия уже соответствует самым высоким стандартам. 

— Да, если человек занимал в государстве высокую должность. Это практика всего мира, и она правильная. Но может ли маленькая Эстония выплачивать даже небольшому кругу лиц такие же пенсии, как в Германии? Желание быть «как большие» в принципе понятно, только по карману ли нам это? Я не призываю к равенству. Пусть всем будет по заслугам. Но это не значит, что одним — всё, а другим — крохи. 

 Вы, считаете, что когда серопаспортники получат гражданство, они смогут найти достойную работу, даже если уже потеряли то самое «стартовое время»?  

— Я считаю, что широко распространённое убеждение, будто они ничего не хотят, — ошибка. Они хотят! Просто не кричат об этом, потому что боятся. Это больная тема…  

— Но почему же никто не хочет браться за её решение 

— Как только мы говорим об увеличении пенсий, нам отвечают: «Негде взять денег». Ну так ищите! Вы же взяли на себя управление страной, так проявите же, наконец, политическую волю, увеличьте пенсии! 

Человек сегодня трудоустроен, но разве можно дать гарантию, что он завтра не потеряет работу? Значит, ему нужна уверенность в том, что пенсия, которую он получает, не будет уменьшена. Это моральный фактор надёжности государства. 

— Вы говорите, что серопаспортники должны получить гражданство. Но для этого надо свободно владеть государственным языком. А как этого добиться человеку, который живёт в Нарве или Силламяэ, где почти все говорят по-русски? 

— Это отдельная тема. Сколько у нас было предложений типа: а не проверить ли, как знают эстонский таксисты или продавцы супермаркетов?.. Но какой в этом смысл? Назови таксисту адрес, и он тебя отвезёт. Хочешь купить что-то в магазине — иди и покупай. Я не знаю никакого языка кроме русского и эстонского, но нигде в Европе у меня не возникало с этим проблем — любой хозяин заинтересован продать свой товар или предложить мне свою услугу. А в жизни Эстонии превалирует национальное чувство… 

 Увы. Причём оно ещё усугубляется политической обстановкой.   

— Не надо никого пугать войной и строить заборы. Когда я разговариваю с людьми, не вижу никакой агрессии ни с той, ни с другой стороны, а между тем в прессе одно и то же: «Если завтра война, если враг нападет, будь сегодня к походу готов». Никогда не думала, что мне придётся ещё раз в жизни такое слышать… 

 М-да… Невесёлый у нас получился разговор...  

— Думаю, всё будет хорошо. В мире существует некая сила, которая, сколько бы ошибок мы ни совершали, ведёт нас вперёд. Собственно, и сегодня есть поводы для радости — мы свободны, достойно представлены в мире, празднуем сейчас 100-летие своей независимости. Надо только, чтобы все в стране разделяли эту радость…  

Таллин–Санкт-Петербург 

Расскажите друзьям:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

9 − один =