Ле Ву Динь: «Вьетнамцы — народ динамичный, мы есть везде» | Мозгократия
 

Ле Ву Динь: «Вьетнамцы — народ динамичный, мы есть везде»

Светлана Белоусова
Декабрь25/ 2018

Наши СМИ о Вьетнаме почти не рассказывают. И мы знаем о нём очень мало. Точнее — незаслуженно мало. Этот пробел согласился восполнить Ле Ву Диньглава вьетнамской общины в Петербурге. 

 

— Господин Ле Ву Динь, вы, если не ошибаюсь, в прошлом году сопровождали  президента Вьетнама во время его первого в истории визита в Россию? 

— Когда приезжал товарищ Чан Дай Куанг, я как председатель вьетнамской общины встречал его и провожал, а, кроме того, присутствовал в Смольном на встрече нашего президента с губернатором Санкт-Петербурга. Между вьетнамскими и российскими компаниями были подписаны серьёзные соглашения на миллиарды долларов. 

 Приятно это слышать особенно потому, что Вьетнам уже давно смотрит в сторону Вашингтона, который стал для вашей страны важнее Москвы. 

— Думаю, это не совсем так. Хотя, конечно, если говорить об объёме товарооборота, то между Вьетнамом и Соединёнными Штатами он примерно 60 миллиардов долларов в год, а между Вьетнамом и Россией — всего около трёх. 

— Разница примерно в 20 раз!..  

— К сожалению. Но вы же, наверное, читали, что руководители наших стран договорились о том, что к 2022 году российско-вьетнамский товарооборот вырастет до 10 миллиардов долларов. Правда, для этого надо еще многое сделать… 

 Во время визита президента Вьетнама в наших СМИ говорили и писали о перспективах российско-вьетнамского сотрудничества. В ваших, наверное, тоже? 

— На вьетнамском ТВ чаще всего показывают сюжеты о культуре России и совсем немного — о политике. Вопросы экономического сотрудничества — вообще очень мало. Да, кстати, и у вас об этом рассказывают немного и не часто. 

 К слову, у нас писали, будто молодым вьетнамцам слово «Россия» вообще ничего не говорит. Это в самом деле так?  

— Нет, конечно. Они хорошо знают Россию, и многие, когда надо выбирать в школе иностранный язык, изучают не китайский, английский или французский, а именно русский. 

 Но почему тогда у нас теперь так мало вьетнамских студентов? Вашей молодежи неинтересно российское образование? 

— Совсем наоборот! Просто сейчас стало больше выбора, а вьетнамцы — народ очень динамичный, мы есть везде. Только в Америке, насколько я знаю, учатся 13-15 тысяч наших студентов. 

 А в России?   

— Меньше, конечно… В Петербурге — примерно тысяча человек.  

 Но ведь образование в России дешевле, чем на Западе!  

— Так ведь в Азии об этом по-другому думают! У нас семья может продать свой дом, лишь бы  дети нормально учились.   

 Война во Вьетнаме была, по историческим меркам, совсем недавно, и то, насколько ваша страна поднялась за несколько десятилетий, заслуживает восхищения. По прогнозам Всемирного банка, через пару лет вы обгоните по темпам роста ВВП даже лидера региона  Китай.  

— Вьетнам, конечно, поднялся, но мы сами считаем, что могли бы развиваться раза в два-три быстрее. У нас рост ВВП — 6-7 процентов в год, а могли бы и 15, потому что народ любит и хочет работать. 

 Поскольку страна социалистическая, безработица вьетнамцам, вероятно, незнакома?   

— Есть безработица. Но при этом фактически во всех сферах нужны специалисты, причём зарплаты совсем не маленькие. Допустим, швея получает в среднем 300-600 долларов в месяц, врач — около полутора тысяч, а учитель может заработать тысячи две-три, если проводит дополнительные занятия. Ещё очень ценятся айтишники, это, пожалуй, самое перспективное направление. 

Сейчас наше правительство делает ставку на рост среднего класса. Пока его численность — примерно 10 миллионов человек, но к 2020-му должно быть 44 миллиона. 

 Иначе говоря, фактически половина населения страны! …Но раз так, какой смысл ехать в Россию, чтобы работать на подпольной фабрике? 

— В Петербурге, кстати, их не было, а вот в Москве было много. Вообще-то, эти фабрики только назывались подпольными — когда где-то работают 100-200 человек, об этом наверняка все знают… Но теперь, во-первых, в России принят более жёсткий закон, а во-вторых вьетнамцам работать на таких фабриках стало, безусловно, невыгодно, так что люди возвращаются домой. 

 Но частные вьетнамские предприятия в России остались? 

— Теперь их не так много, как раньше, стало меньше работы. 

 Да, времена непростые, а иностранцу, наверное, во многом ещё труднее вести бизнес в России, чем россиянину?   

— Конечно. 

 И в чём основные трудности? 

— Мне кажется, прежде всего в несовершенстве законов, которые к тому же часто меняются. 

 А бюрократия? 

— Она есть везде, в том числе и во Вьетнаме. Хотя, скажем, на растаможку грузов в России из-за вашей системы документооборота уходит не одна неделя, а у нас — полдня-день. Если вьетнамский таможенник не выпустит за этот срок груз, он должен написать служебную записку и подробно объяснить, почему фура задержалась.   

 Какие товары в основном везут из Вьетнама в Россию? 

— Текстиль, сельхозпродукцию… Вьетнам занимает первое место в мире по экспорту кешью и чёрного перца, первое-второе по рису и второе — после Бразилии — по кофе. 

 Вы говорите о сельхозпродукции, но ведь у вас же загрязнены американской химией огромные территории!   

— Проблема, безусловно, ещё осталась. Но загрязнены не поля, а леса, куда американцы сбрасывали химикаты, чтобы с деревьев опали листья, и стало видно, кто передвигается по этому участку. Конечно, с водой зараза до сих пор распространяется, но мы уже многие места полностью очистили.   

Во Вьетнаме вообще очень серьёзно относятся к экологии. Для примера: раньше за использование химикатов для выращивания свиней крестьянин получал выговор. Теперь — до 18 лет тюрьмы и запрет на деятельность. Очень жёсткие меры, а потому у нас совсем не так, как, допустим, в Китае…   

 Я слышала, что вьетнамские товары во многом превосходят по качеству китайские. 

— У вьетнамских товаров качество хорошее, поэтому они и экспортируются во многие страны мира, в год на 300 миллиардов долларов: обувь — почти 10 миллиардов, текстиль — свыше 12, мебель — 10. Но говорить о качестве чьей-то продукции в целом, я думаю, невозможно. У китайцев есть прекрасные товары, а есть совсем плохие. И, между прочим, у нас самый большой товарооборот именно с Китаем — 70 миллиардов долларов в год. 

 Несмотря на политические трения, существующие между вашими странами?  

— Это не трения, а серьёзный конфликт, существующий уже больше трёх тысяч лет. Но народ же не бывает плохим или хорошим, и китайцы, кстати, с удовольствием и без проблем едут к нам отдыхать.  

 Российские туристы тоже начали осваивать вьетнамское направление.   

— В последние годы Вьетнам очень активно привлекает туристов отовсюду — из России, Австралии, Америки… У нас и вправду неплохо, хотя, поскольку мы только начали осваивать эту сферу, инфраструктура пока не самая лучшая. Но она развивается, в частности, россияне с удовольствием открывают у нас гостиницы и рестораны.  

 Вьетнамским туристам тоже интересно российское направление?  

— Безусловно. Причём, если раньше они ездили только в Москву и Петербург, теперь начали выбирать другие города и едут очень охотно. Единственное, чего бы хотелось, так это упрощения въезда вьетнамцев в Россию.  

 Вы говорите об отмене виз? 

— Да. Россияне могут приехать к нам на две недели вообще без визы, а нам нужно оформлять документы…  

 Сколько стоит российская виза? 

— Точно не скажу, по-моему, сто долларов. Правда, если раньше можно было оформить визу за один-три дня, то теперь на это уходит месяц. И всё-таки люди едут к вам охотно — и отдыхать, и, повторяю, учиться.   

 Насколько в Петербурге велика вьетнамская община? 

— Она небольшая. Всего чуть больше тысячи человек. 

 Вы проводите какие-то совместные мероприятия?  

— Конечно. Встречаем Новый год, празднуем День образования Вьетнама — День Победы, один-два раза в год собираемся с русскими ветеранами, которые у нас воевали. Мы даже организовали для них поездку — отправили во Вьетнам целую группу, им очень понравилось… 

Кроме того, наши студенты организуют Кубок по футболу, соревнования по теннису, всякие конкурсы «Мисс»… В общем, всё нормально — богатая культурная жизнь. 

 Наверное, при такой активности и смешанных браков немало? 

— Мало!   

 Почему? Такие вещи во Вьетнаме не приветствуются? 

— Нет, у нас с этим всё демократично. Просто так сложилось. 

 А ваша собственная семья  скорее русская или вьетнамская?  

— У нас всё поровну — праздники отмечаем и русские, и вьетнамские, блюда готовим и русские, и вьетнамские, даже детей назвали и русскими, и вьетнамскими именами. Дочку зовут Анастасией, сына — Феликсом, двух старших — Тиен и Бинь… 

Но, если говорить о национальном вопросе, скажу так: мне нравится работать и общаться с интересными, активными, ответственными и порядочными людьми, а национальность значения не имеет… 

Расскажите друзьям:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

восемнадцать + 2 =