Сергей Есенин — в жизни и в памяти друзей | Мозгократия
 

Сергей Есенин — в жизни и в памяти друзей

Через год поклонники поэзии отметят 125 лет со дня рождения Сергея Есенина. Его втискивали в рамки имажинизма, «новокрестьянского» направления, запрещали... А народ любил его просто за стихи. 

 

Казалось бы, они с Сергеем Есениным находились на противоположных полюсах поэзии, но это не помешало Борису Пастернаку написать в очерке «Люди и положения»: 

«Есенин был живым, бьющимся комком той артистичности, которую вслед за Пушкиным мы зовём высшим моцартовским началом, моцартовскою стихиею… Самое драгоценное в нём  образ родной природы, лесной, среднерусской, рязанской, переданной с ошеломляющей свежестью, как она далась ему в детстве» 

Фонд Президентской библиотеки хранит немаломатериалов, посвящённых поэту. Это книги,фотографические открытки, видео-коллекция  «Сергей Александрович Есенин в диалоге культур», научные работы, посвящённые его творчеству, воспоминания людей из ближайшего есенинского окруженияречь «С. Есенин выступает на открытии памятника А. Кольцову (Москва, ноябрь, 1918)»... Со всеми этими документами можно познакомиться в электронном читальном зале Президентской библиотеки. 

«Есенин у всех в памяти запечатлён, почти заштампован своими синими глазами, кудрявой золотой головой, рассеянной улыбкой; и ещё в представлении многих  озорным <…>, бросающим в переполненный зал чудесные слова своих стихов»,  пишет в мемуарах «Как жил Есенин» (1926) Софья Виноградская  журналистка, работавшая в газетах «Правда» и «Известия ВЦИК», ближайший друг Есенина. Её воспоминания, по мнению литературоведа Валентины Кузнецовой, «в обширной мемуарной литературе о поэте являются своеобразным маяком». 

Первые стихи Есенина появились в московских журналах ещё в 1914 году, когда поэту было всего 19 лет. Через год он приехал в Петроград с единственной  целью  познакомиться с Александром Блоком и узнать его мнение о своем творчестве. Прямо с вокзала направился в книжный магазин (сразу за Аничковым мостом). Там ему подсказали адрес Блока, жившего на Пряжке. 

Знакомство состоялось. Сергей, смущаясь и краснея, читал мэтру стихи. Блок со всё возрастающим интересом внимал, а потом назвал своего нового знакомого «талантливым крестьянским поэтом-самородком». Он дал Есенину рекомендательное письмообращённое к Сергею Городецкому. Так началось сотрудничество «поэта-самородка» с петербургскими журналами, в которых молодой автор печатался наряду с первыми поэтами столицы и всей России. 

Близкий друг поэта Анатолий Мариенгоф в книге «Воспоминания о Есенине» (1926) описывает, как крестьянский сын, поставивший целью покорить столицу и нарочито «теряющийся» в роскошных гостиных, учил приятеля жить: «Трудно тебе будет, Толя, в лаковых ботиночках и с проборчиком, волосок к волоску. Как можно без поэтической рассеянности? Разве витают под облаками в брючках из-под утюга?» 

О своём «вхождении в литературу» Есенин размышлял откровенно: «Тут, брат, дело надо было вести хитро. Пусть, думаю, каждый считает: я его в русскую литературу ввёл. Городецкий ввёл? Ввёл. Клюев ввёл? Ввёл. Сологуб с Чеботаревской ввели? Ввели. Одним словом: и Мережковский с Гиппиус, и Блок, и Рюрик Ивнев… к нему я, правда, первому из поэтов подошёл  скосил он на меня, помню, лорнет, и не успел я ещё стишка в двенадцать строчек прочесть, а уж он тоненьким голосочком: Ах, как замечательно! Ах, как гениально! Ах… и, ухватив меня за подручку, поволок от знаменитости к знаменитости. <…> Сам же я  скромного, можно сказать, скромнее. От каждой похвалы краснею, как девушка, и в глаза никому от робости не гляжу…». 

И завертелась бурная московско-петербургская карусель. 

«Вокруг него постоянно галдела ватага людей, среди которой он был самым шумным, самым галдящим,  читаем в книгеСофьи Виноградской.  И не то, чтобы он шумом своим заполонял всю квартиру,  он квартиру и её обитателей приводил в движение, заставлял их вести общую с ним жизнь. Там, где он бывал, все жило им. <…> Беседовать с Есениным можно было без конца. Он был неиссякаем, оживлён, интересен в своих разговорах, словах, политических спорах, полных подчас детской наивности, удивительного, но милого непонимания самых элементарных в политике вещей. <…> А что такое Капитал Бухгалтерия скажет он. Дружный хохот служит ему ответом, а сам он, с мальчишеским задором, смотрит на всех с видом меньшого, который рассмешил старших». 

 Его нельзя было не любить. Есенин обладал огромным обаянием открытого, глубоко самобытного человека, которого действительно интересовал собеседник. И только близкие друзья знали: оживление поэта иногда бывало наигранным, а природная артистичность подчинена какой-то определённой цели, главному в его жизни, от чего он не спал по ночам. По этому поводу Виноградская пишет: «Дни сплошного шума, гама и песен сменялись у него днями работы над стихом. А потом шли дни тоски, когда все краски блекли в его глазах, и сами глаза его синие блекли, серели». 

Талант  большой груз и большая ответственность, так сказать, «поручение» сверху. Не все справляются с этой ношей. Случается, происходит «профессиональное выгорание», которое, к сожалению, близкие отмечали и в отношении Есенина  к тому времени автора всем известных стихов и поэм («Анна Снегина», «Персидские мотивы»). Да и сам он это понимал острее других, когда писал прощальное стихотворение Анатолию Мариенгофу: «Мне страшно,  ведь душа проходит, / Как молодость и как любовь». 

Тем, кто хотел бы знать о жизни Есенина больше, интересны будут и электронные копии фотографических открытокна которых поэт запечатлён в разные годы жизни. Кроме широко известных официальных изображений, среди них, в частности, представлены домашние фотографии — Есенин в детстве, с родителями, с сёстрами, в кругу друзей и сослуживцев, во время службы в военно-санитарном поезде в Первую мировую войну 

Свою рязанскую деревню Константиново Сергей Есенин по-сыновьи носил в сердце, мог в любой момент неожиданно сорваться домой. После революции зорко следил за жизнью односельчан и сильно переживал, когда сталкивался с фактами ущемления их интересов. Мариенгоф писал: «Мужика в себе он любил и нёс гордо». 

И, может быть, именно в силу этой «родовой отметины» образ крестьянской, заповедной России воплотил в поэзии именно Сергей Есенин. 

Расскажите друзьям:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

13 + 4 =