Рыцарь ордена патриотов

Марианна Баконина
Ноябрь22/ 2021

Ардешир Захеди — аристократ, дипломат, зять шаха, щеголь, плейбой. Он умел блистать на посольских приёмах, чаровать звезд Голливуда и читать Коран исламским террористам, уговаривая отпустить заложников.

А ещё он знал, что Родина — превыше всего. Всегда.

 

Ардешир Захеди прожил долгую жизнь, в которой как в магическом зеркале отразилась бурная история Ирана XX и начала XXI века.

Он родился в 1928-м, а значит, в стране, которую ещё называли Персией. Родился в богатой аристократической семье землевладельцев. Отец — генерал, дослужившийся до высоких чинов в Персидской казачьей бригаде, в той самой, где сделал головокружительную карьеру основатель династии Пехлеви Реза-хан. Когда-то эта казачья бригада называлась Русско-персидской.

Так же как Реза-хан, Фазлалла Захеди был большим патриотом и сторонником полной независимости страны. Иранские патриоты тогда рассуждали просто — если на суверенитет страны посягает Британия, следует сблизиться с её врагами — в 1930-е это была Германия.

Столь опасная политическая игра обернулась злой шуткой для иранских властей. В 1941 году, после вторжения Гитлера в СССР, Москва и Лондон оперативно заключили союз и уже в августе с юга и с севера оккупировали Иран, отстранили от власти и отправили в африканскую ссылку решительного шаха Резу.

У обеих стран были договоренности, позволяющие нейтрализовать любую угрозу, исходящую из Ирана, а близость шаха с Гитлером — это прямая и явная угроза. К тому же нацистам могла достаться бесценная иранская нефть, львиную долю доходов от которой получала British Petroleum. В 1943-м, как раз в канун Тегеранской конференции, отец Ардешира — Фазлалла был арестован англичанами за контакты с германской агентурой и отправлен в ссылку в Палестину.

Наверное, тогда юный Ардешир, который был свидетелем этих событий, понял, как важно правильно выбирать союзников. На это раз они с отцом выбрали американцев.

После окончания войны битва за иранскую нефть продолжилась. Правительство демократически избранного премьер-министра Мосаддыка объявило о национализации нефтегазовых компаний, и Иран, после введения пролоббированного британцами нефтяного эмбарго, оказался в изоляции. В стране разразился жесточайший экономический и политический кризис.

Ардеширу, который выучившись в Америке на инженера-агронома, занимался программами американской помощи, при Мосаддыке пришлось несладко. Он даже несколько раз попадал в тюрьму. Неудивительно, что Захеди-младший энергично поддержал отца, оказавшегося ключевой фигурой в заговоре ЦРУ и СИС, составленного для свержения правительства Мосаддыка.

Все детали переворота 1953 года мы знаем из отчётов сотрудников ЦРУ — какой был план, как коррумпировали парламент, как подкупали прессу, раздавали взятки военным, запугивали и улещивали духовенство, как нанимали уличные банды, как фабриковали интервью и обвинения в коррупции, как угрозами и посулами уламывали шаха подписать нужные указы и как план чуть было не провалился. Все желающие могут прочитать телеграмму с приказом Центра эвакуировать опорный пункт ЦРУ из Тегерана.

Цели переворота были, разумеется, благими — остановить коммунистов. Хотя Мосаддык, потомок шахского рода Каджаров был кем угодно, но только не коммунистом.

А начинался план с «генерала Захеди». В кратком конспекте предварительного плана операции TPAJAX Project, разработанного совместно представителями СИС и ЦРУ на Кипре, необходимые мероприятия перечислены в следующем порядке: предварительное финансирование оппозиции — ЦРУ предоставляет Захеди 35 тысяч долларов; СИС предоставляет Захеди 25 тысяч долларов; местные источники СИС будут привлечены для предоставления Захеди дополнительных сумм; ЦРУ при необходимости попытается субсидировать ключевых военачальников.

Отец Ардешира был центральной фигурой переворота. В итоге Мосаддык и его соратники потерпели поражение и пошли, кто — под домашний арест, кто —на расстрел, шах вернулся из Италии, куда бежал от гнева народных масс, а его отец возглавил кабинет министров. Так началась карьера Ардешира как дипломата и государственного чиновника.

Молодой Ардешир Захеди сблизился с шахом, стал его другом и советчиком.  А в 1957 женился на старшей дочери Мухаммада Резы — Шахназ, которой было всего семнадцать лет. Мухаммад Реза воспринимал его как сына, которого у шаха, несмотря на второй брак, всё еще не было.

Жизнь бурлила: дворцовые церемонии, придворные интриги, посол в Лондоне, посол в Вашингтоне. Ардешир не лишился благосклонности шаха даже после развода с Шахназ в 1964 году. Что уж там было — Бог весть, мемуары членов монархических семейств лукавы и уклончивы. К тому же шах сам к тому моменту пережил два весьма травматичных развода. С 1966-го Ардешир на пять лет возглавил министерство иностранных дел, а потом опять — Вашингтон.

В 1970-е посольство Ирана стало самым притягательным для американского истеблишмента, а разведённого посла считали самым интересным холостяком в Columbia District. Экстравагантные вечеринки, где гостей потчевали чёрной икрой и поили французским шампанским, сменяли одна другую. Иранский посол был мил и смел со звёздами Голливуда и даже крутил роман с Элизабет Тейлор — первой красавицей эпохи. Но при этом не забывал об интересах Родины, поддерживая тесные контакты с администрациями Ричарда Никсона, Джеральда Форда, Джимми Картера и особенно сблизился со Збигневом Бжезинским.

Ардешир весьма настойчиво продвигал оружейные контракты — шах, как и его отец хотел иметь самую сильную армию в Азии. Добился одобрения ядерной программы Тегерана. Более того, США были готовы раскрыть иранцам львиную часть ядерных секретов. Не бесплатно, конечно.

 

Заодно Ардешир помог урегулировать кризис с заложниками, который разразился в 1978 году, когда принявший ислам американец с соратниками захватил три здания и полторы сотни человек в Вашингтоне, требуя справедливого суда над убийцами его детей в частности и справедливости в целом. Посол Ирана, вместе с послами Египта и Пакистана, не побоялся вместе с начальником полиции пойти на переговоры с вооружёнными террористами и читать им айяты из Корана с призывами к милосердию и великодушию. В результате 149 заложников были освобождены.

Американцы считали Иран своим форпостом против коммунизма и охотно помогали, а заодно добились неслыханного влияния в этой ближневосточной стране. Добились даже вполне архаичного в ХХ веке права экстерриториальности. Всякий гражданин США, совершивший преступление на территории Ирана был неподсуден иранскому суду. Будущий лидер Исламской революции аятолла Хомейни громогласно возмущался:

— Иранский народ поставили в положение хуже американской собаки. Ведь если кто задавит американскую собаку, его привлекут к ответственности, даже если это сделает шах Ирана. Но если американский поварёнок переедет на своей машине шаха — главу государства, — ему ничего не будет.

Ускоренная модернизация, которую шах Мохаммед Реза назвал «Белой революцией», захлебнулась в репрессиях против инакомыслящих, нищете и унижениях. После расстрела студенческой демонстрации в январе 1978-го массовые акции протеста стали нарастать лавинообразно. Пули и штыки уже не помогали.

Ардешир Захеди в Вашингтоне попробовал разыграть всё ту же коммунистическую карту — мол, нельзя бросать Тегеран, где протесты разжигают опасные красные смутьяны. Но на этот раз не помогло. Не помогла и дружба с Бжезинским. Никакого вмешательства ЦРУ или Пентагона не последовало.

В январе 1979 года шах с семьёй были вынуждены бежать. Захеди хлопотал о политическом убежище для монарха, что оказалось непросто — никто не хотел связываться с правителем Ирана, скомпрометированным нарушением прав человека. Смилостивился над шахом-эмигрантом лишь президент Египта Анвар Садат.

Потом Ардешир Захеди пытался договориться о лечении для внезапно заболевшего раком шаха, а параллельно помогал изыскивать финансы для вооружённого сопротивления «хомейнистам», утвердившимся в Иране.

Газета «Правда» тогда писала о «сговоре шахского генералитета, крупной буржуазии, либералов и соглашательской социал-демократии на контрреволюционной платформе». Причём, судя по этой статье, Ардешир Захеди выступал за кровавый переворот. Ясно, что этому плейбою никак не могли понравиться убеждённые фундаменталисты, которые к тому же, ненадолго заняв здание посольства в Вашингтоне, уничтожили его запасы коллекционных вин, виски и коньяков. Служители посольства сообщили — на то, чтобы вылить все имеющиеся запасы у захватчиков ушло четыре часа. К тому же революционный суд в Тегеране приговорил сына пособников ЦРУ к смертной казни.

27 июля 1980 года шах умер. И очень скоро Ардешир Захеди дистанцировался от всех активистов-эмигрантов, включая семейство Пехлеви, и более никак не участвовал в оппозиционной деятельности. Удивительным образом его политическая апатия наступила вскоре после нападения на Иран правителя соседнего Ирака — кровожадного диктатора Саддама Хусейна, которого, правда, тогда никто в мире ещё никто не называл кровожадным. Более того, Саддама поддержал весь мир, включая США. Человека, развязавшего войну с его Родиной, поддержал Вашингтон, который Захеди выбрал в союзники много десятилетий назад…

Ардешир поселился в швейцарском Монтрё, читал лекции, писал мемуары, передал семейный архив Стэнфордскому университету. Даже когда ему было уже глубоко за восемьдесят, он не уставал следить за политикой. Его воззрения удивляли западный истеблишмент. Ардешир Захеди отстаивал право Ирана на собственную ядерную программу. После одностороннего выхода Дональда Трампа из «ядерной сделки» с Ираном опубликовал колонку в The New York Times, в которой обвинял администрацию в полном незнании иранской истории и традиций и назвал химерой расчёт на то, что политика максимального давления на Иран приведёт к падению режима.

Заодно бывший министр иностранных дел указал, что считает ошибкой полагать, будто смена режима в Иране приведёт к утверждению плюралистичного и дружественного США режиму. По его словам, все остальные попытки провернуть такую операцию на Ближнем Востоке приводили к хаосу или установлению ещё более репрессивного правления, как в Ираке или Афганистане. Как считал Захеди, американцы не могут этого не видеть, они сами говорят об этом постфактум, но готовы наступать на одни и те же грабли.

Он назвал преступлением ликвидацию Касема Сулеймани, убитого по приказу Трампа близ аэропорта Багдада.

— Эти парни на Коране поклялись защищать Иран и делали это, жертвуя собой, — говорил он в интервью, шокируя журналистов BBC. — Я гордился и горжусь ими, в том числе Сулеймани. И презираю тех, кто вредит Ирану, получая деньги от врагов страны.

Ардешир Захеди прожил долгую жизнь. Он был дипломатом, политиком, плейбоем, повесой, но прежде всего он был рыцарем ордена патриотов Ирана.

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

шестнадцать + 3 =