Анатолий Кони. Судья, сенатор, дуэлянт… | Мозгократия

    Анатолий Кони. Судья, сенатор, дуэлянт…

    140 лет назад, 31 марта 1878 года, в Петербурге произошло экстраординарное событие: суд присяжных оправдал революционерку Веру Засулич. Председателем суда был Анатолий Кони.

     

    В январе Вера Засулич, работавшая акушеркой, а по совместительству член одной из революционных организаций, стреляла в столичного градоначальника Фёдора Трепова и тяжело его ранила. Стреляла, чтобы отомстить за поруганного заключённого Боголюбова, которого она прежде и знать не знала.

    В конце марта Засулич предстала перед судом — девица с бледным нездоровым лицом и гладко зачёсанными назад волосами. Рассчитывать ей было не на что… Если бы не председатель петербургского окружного суда Анатолий Кони, возглавлявший судебное заседание. Это он сделал всё возможное и невозможное, чтобы старшина присяжных после недолгого совещания, сам не веря себе, сказал: «Не виновна!».

    Что тут началось! Раздались такие громовые овации, каких не знали великие артисты. Присутствовавшие, включая генералов и купцов, обнимались и целовались. На улице ликовала толпа. Тем временем Засулич тихо вышла и была увезена соратниками в неизвестном направлении.

    И только два человека задумались о том, что терроризм, какие бы высокие цели он перед собой ни ставил, — всегда и всюду преступление. Фёдор Достоевский, присутствовавший в зале, с тревогой заметил: «Чего доброго, её теперь возведут в героини». А Лев Толстой написал: «Всё это, мне кажется, предвещает много несчастий и много греха…»

    Но оправдание Засулич и восторженная реакция на это публики — это было ещё не всё удивительное в этой истории. Не менее удивительно, что Анатолий Фёдорович не был тут же уволен. Кони ещё три года оставался в той же должности председателя окружного суда, а затем даже был назначен обер-прокурором Сената.

    Случай с Засулич ему простили. Видимо, высокое начальство посчитало, что ум, знания… да что там — талант Анатолия Кони для российского суда всё же важнее.

    Так оно и было. В электронном фонде Президентской библиотеки можно ознакомиться с материалами о жизни и профессиональной деятельности Кони — одного из ярких представителей русской интеллигенции рубежа конца XIX — начала ХХ века, а также с его блестящими литературными портретами. Современники знали Анатолия Кони не только как блестящего юриста, члена Академии наук и Государственного совета, но и как писателя, оставившего точные и ёмкие литературные портреты коллег-юристов, а также Достоевского, Короленко, Некрасова, Льва Толстого, которому, кстати, он подарил фабулу романа «Воскресение».

    На портале Президентской библиотеки представлены прежде всего работы Кони, касающиеся его деятельности на юридическом поприще: «Суд – наука – искусство» «Отцы и дети судебной реформы (к пятидесятилетию судебных уставов)» и другие. А в электронном фонде библиотеки можно найти фундаментальный труд, охватывающий все стороны деятельности разносторонней кипучей личности юриста: «Анатолий Фёдорович Кони» (1844–1924). Этот юбилейный сборник выпустило в Ленинграде в 1925 году издательство «Атеней».

    В том же 1925-м вышли написанные Анатолием Кони «Воспоминания о А.П. Чехове», электронная копия этой книги тоже хранится в фонде Президентской библиотеки, Анатолий Фёдорович писал: «В моём воспоминании образ его стоит, как живой — с грустным, задумчивым, точно устремлённым внутрь себя взглядом, с внимательным и мягким отношением к собеседнику и с внешне спокойным словом, за которым чувствуется биение горячего и отзывчивого за людские скорби сердца». Как юрист он особо ценил писателя за его книгу «Остров Сахалин», в которой поднимаются проблемы ужасающих условий содержания ссыльных каторжан.

    Кони и Чехов состояли в постоянной переписке. Анатолий Фёдорович навещал писателя в Ялте, позже описал эти встречи в своих мемуарах. Его наблюдательность, слог и мягкую иронию высоко ценил Чехов и другие товарищи по литературному цеху.

    Пришлось оценить литературный дар Кони и одному язвительному петербургскому журналисту. Когда Анатолий Фёдорович стал сенатором, в печати тут же появилась эпиграмма:

    В Сенат коня Калигула привёл,

    Стоит он, убранный и в бархате, и в злате.

    Но я скажу: у нас — такой же произвол:

    В газетах я прочёл, что Кони есть в Сенате.

    Анатолий Фёдорович не заставил своего обидчика долго ждать:

    Я не люблю таких ироний.

    Как люди непомерно злы!

    Ведь то прогресс, что нынче Кони,

    Где прежде были лишь ослы.

    На этом литературная дуэль и закончилась. А значит, закончилась победой Кони, ведь в таких поединках выигрывает тот, кто пишет такую эпиграмму, на которую противник уже не может найти ответа.

     

    Так говорил Анатолий Кони:

    — При недостатке собственной «глубокой мысли» дозволительно пользоваться мудростью мудрых, соблюдая меру и в этом, чтобы не потерять своего лица между Лермонтовыми, Толстыми, Диккенсами…

     

    — Лучше ничего не сказать, чем сказать ничего.

     

    — Не надо смешивать цивилизацию с культурой… Развитие цивилизации отодвигает культуру всё более и более назад, игнорируя духовную сторону человека и отодвигая его к первобытному звериному прошлому.

     

    — Изустное слово всегда плодотворнее письменного. Оно живит слушающего и говорящего.

     

    — По мере удаления от события человеческая мысль незаметно для самой себя переходит от шаткого «так могло быть» к определённому «так должно было быть» и к положительному «так было».

     

    — Оратор немного достигнет, убеждая и доказывая. Он должен доказывать и волновать.

     

    Поделитесь ссылкой с друзьями:

    Your email address will not be published. Required fields are marked *

    Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

    шесть + восемнадцать =