Шёл Саша в Шлиссельбург, а Володя — в Шушу

Григорий Иоффе
Апрель22/ 2024

Сегодня день рождения Ленина, вождя мирового пролетариата. Впрочем, и вождь уже бывший, и пролетариат — тоже. А что же настоящее?

Когда в конце прошлого века случилась в нашей стране Перестройка, у историков, журналистов, писателей появилась мода — искать правду. А поскольку в стране была объявлена полная свобода, то и пошла писать губерния. Высшим шиком было забраться в какой-нибудь архив и вытащить из него клубничку из тех, что послаще.

Сознаюсь, поддался этому искушению и я. Поехал в Казань и в одном архиве докопался до воспоминаний местного сказителя Д. Кокушкина о В.И. Ленине. Так было положено начало сборнику под названием «Живее всех живых? Сказания о Ленине».

Зачем, спросите вы, к крылатой фразе, сочинённой пролетарским поэтом В. Маяковским, я добавил вопросительный знак? А затем, что, в отличие от прочих конъюнктурных перестройщиков, я решил идти другим путём — писать не правду, а то, что есть на самом деле. Проще говоря — то, что думает народ. А для этого пошёл-поехал в народ — собирать фольклор. На Чукотке записал сказку о Снегурчике, в Якутии — сказку «Великий восьть», побывал на Тибете, в Израиле, в Артеке, в Находке и на Капри, в Цюрихе, Париже и даже в деревне Канатчикова дача. Так собиралась новая Лениниана…

В целом работа была закончена к 1991 году, когда популярны были продававшиеся в каждом киоске Союзпечати за копейки книжки-раскладушки, напечатанные на газетном листе формата «Правды». Лист надо было согнуть несколько раз и разрезать, получалась маленькая книжица, почти покет-бук. И в издательстве «Экслибрис», где я тогда работал, мы такой бук набрали и сверстали. Но издать так и не смогли. Потому что верстальщик Гена Лапушкин, который этим занимался, оказался оппортунистом и троцкистом. Прихватив дискету с вёрсткой, он укатил в опломбированном вагоне электрички в город Всеволожск Ленинградской области и скрылся там навсегда.

У меня же осталась только распечатка корректуры. Набирать всё сначала было недосуг, и корректура затерялась в моих многочисленных бумагах. Пока чудесным образом не возникла из архивной пыли в конце прошлого, 2023, года, в канун 100-летия со дня смерти вождя. Поскольку наука и техника за прошедшие десятилетия шагнули далеко вперёд, появилась возможность восстановить компьютерную вёрстку по старой корректуре и сверстать архивный фольклор в полноценную книгу. Что и проделал с блеском верный ленинец Алёша Портнов.

Такова история этой многострадальной книги. И сегодня, в день 154-й годовщины Ленина, основоположника ленинизма, самое время представить читателю некоторые страницы из вышеназванного сборника — несколько рассказов Д. Кокушкина, а также кое-что из частушек и скороговорок.

В общем, говоря словами того же классика отечественной поэзии: «Время — начинаю про Ленина рассказ».

 

Из рассказов Д. Кокушкина

Союз борьбы

Пока Ленин сидел в сибирской ссылке, царь, как и положено, списывал ему зачёты — год за три. Так Ленин оказался на свободе.

Ленин привязал к животу синюю тетрадь и пошёл в Петербург. «Призрак коммунизма, надыть, в Европу подался», — говорил народ и крестился.

В Свердловске Ленин выступил на несанкционированном митинге. «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», — кричал он, срывая голос. Фабрикант Демидов дал ему по шее и согнал с трибуны.

«Прежде чем соединиться, надо размежеваться», — смекнул Ленин и почесал набитую шею. «А прежде, чем размежеваться, надо организоваться», — пророчески вписал он в синюю тетрадь, сидя на пеньке под Вяткой.

В Петербурге Ленин организовал Союз борьбы за освобождение от интеллигенции. А чтоб размежеваться, поссорился с Мартовым и Троцким. Так Мартов с Троцкий стали меньшевиками. А Ленин поступил как настоящий большевик: взял партийную кассу и умотал в Швейцарию.

Меньшевики шибко обозлились. В непримиримой классовой борьбе вставала заря Ленинизма.

 

Ленин в Европе

В Европе царил застой. Негде разгуляться русскому революционеру. В Швейцарии — сыр да Альпы. В Швеции — Гольфстрим с ньюфаундлендами. В Финляндии — поголовная отсталость и чухонская темнота. В Париже — повсеместный сифилис и клопы. В Италии — Капри. На Капри — Пешков. Пешков заставлял Ленина играть в пешки. Но Ленин был вождь, а потому умел ходить ферзём и всегда выигрывал.

Пешков обиделся и стал пацифистом.

— Если враг не сдается, его уничтожают», — с пацифизмом говорил Пешков.

Ленин записал его мысль в синюю тетрадь, сел на поезд и поехал в Гельсингфорс, сам не зная зачем.

В Гельсингфорсе в этот день случилось непоправимое. Княжна Тараканова уронила нож. «Мужчина!», — приметливо догадалась бывшая фрейлина. Так Ульянов /Ленин/ встретился с княжной Таракановой.

 

Прост, как правда

Ленин был самый простой. И всем было с ним просто. Николай II, и тот, ездил к Бисмарку на уикенд в локомотиве. А Ленин приехал в Россию в самом что ни на есть простом опломбированном вагоне.

Простые рабочие обрадовались и дали Ленину по копеечке. Набралась тыща рублей: окреп российский пролетариат! Ленин взял деньги и купил у простого церковного прихода стенгазету «Правда». «Правда» стала рупором большевиков. Её запросто читала вся Государственная дума.

— Удивительно простые статьи пишет в этой «Правде» товарищ Ильин, — говорил в перерывах между заседаниями Милюков Пуришкевичу.

— Неспроста, отвечал Пуришкевич Милюкову, — неспроста простой народ говорит о нём: прост, как правда.

В разговор, как всегда, не к месту вмешивался Керенский.

— А я, господа, полагаю, что простота — хуже воровства, — высокомерно заявлял Александр Фёдорович.

Так ленинская простота стала исторически закономерной причиной раскола между кадетами и эсерами. И поделом.

 

Апрельские тезисы

Был апрель 17-го года.

— Есть такая партия! — провозгласил Ленин и снял банк. Сталин переломил кий о колено. Он не умел проигрывать. Сталин обиделся и затаил злобу.

Ленин сел в броневик и уехал. У Финляндского вокзала была большая толкучка. Ленин залез на башню и достал синюю тетрадь. Броневик дал очередь. Народ обалдел и затаился.

Ленин снял кепку и зачитал апрельские тезисы: «Землю — крестьянам, фабрики — рабочим, дворцы и телеграф — большевикам!»

Народ обалдел и расступился. Броневик окружили казаки и самокатчики. Но Ленин как сквозь землю ушёл.

Такая была конспирация…

 

Частушки и скороговорки

У нас в колхозе Ильича

Не достанешь кирпича.

И в Москве не веселей —

Весь ушёл на мавзолей.

к-з Ильича

 

Полюбила я милёнка,

Испекла ему кулич.

Нас сосватала Надюха,

А расписывал Ильич.

с. Шушенское

 

Активисткой я была,

В коммунизим верила.

Непорочно зачала

От портрета Ленина.

дер. Бугры

 

Вороны в Симбирске Владимиру ворковали. Ворковали, ворковали, да не выворковали.

Шёл Саша в Шлиссельбург, а Володя в Шушу.

Иосиф и Ильич ели кулич.

Владимир и Виссарион шли на стадион. Владимир кричит: чемпион — «Зенит»! А Виссарион: «Зенит» — чемпион! Правы оба: Ильич и Коба.

Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить!

 

Поделиться ссылкой:

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Вы можете использовать следующие HTML тэги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

один × три =